Глава 9

Date: 2015-10-07; view: 363.

— Я внимательно вас слушаю, мистер Малфой, — бесстрастно произнесла Гермиона.

Малфой улыбнулся кончиками губ, заставляя Гермиону внутренне содрогнуться.

— Я хотел бы поговорить с вами наедине, — произнес он, изящно поправляя длинные светлые волосы.

— Не думаю, что в этом есть необходимость, — ответила Гермиона и непроизвольно сделала маленький шажок в сторону Снейпа.

Малфой сжал челюсти. Его спина стала еще прямее, чем была, а пальцы, сжимавшие набалдашник трости, побелели от напряжения. На лице — холодная маска высокомерия.

— Это касается вас и моего сына, мисс Грейнджер, — сказал он предельно холодно и вежливо, — Не думаю, что будет целесообразно обсуждать вашу личную жизнь при Северусе.

— Мы с Северусом друзья, у меня нет от него секретов, — заявила Гермиона, и после нескольких секунд тишины Малфой рассмеялся.

Внезапно его смех оборвался, а лицо снова приобрело надменное выражение.

— Значит, друзья…ясно… работаете на два фронта, мисс Грейнджер? Если не выйдет что-то с одним, всегда есть запасной…

— Люциус! — прошипел Снейп, — Следи за своим языком.

— А ты следи за своим, Северус. Смотри, чтобы он не соприкасался с языком моей невестки. Я не позволю, чтобы эта… девчонка опозорила мою семью.

Гермиона почувствовала, что её ноги подкашиваются. Невестки? Разве он не хотел отговорить её выходить за Драко? Неужели план младшего Малфоя не сработает?

— Не лезь не в свои дела, — прорычал в это время Северус.

— Это МОИ дела. Теперь что касается вас, мисс Грейнджер.

Малфой бросил пронзительный взгляд на Гермиону. Потом оглядел её с ног до головы и кивнул своим мыслям.

— Я требую, чтобы вы разорвали помолвку.

— С какой стати? — нагло спросила Гермиона. И старалась она не только ради Драко — её женская гордость была уязвлена беглым осмотром и категоричным заявлением Малфоя.

— С той стати, что и вы, и я прекрасно понимаем, что это абсолютно глупая идея. Ничто и никогда не изменит того, что вы… не его круга.

Слово «грязнокровка» произнесено не было, но все трое, находившиеся в комнате, и даже подслушивающий под дверью подросток-Снейп, поняли, что на самом деле имелось в виду.

— Мне кажется, не вам решать, глупая это идея, или нет, — ответила Гермиона.

С этими словами она прошла к креслу, стоявшему у камина, грациозно опустилась в него и положила ногу на ногу.

— Видите ли, мистер Малфой, мы с Драко решили пожениться, и ничто не остановить нас. Он любит меня, и хочет, чтобы Я была его женой. Вы нам не помеха.

Гермиона видела, как ноздри Малфоя сердито раздуваются, а глаза сверкают от гнева.

— Это абсолютная чушь, Драко не может любить вас хотя бы потому, что всего лишь несколько недель назад он убеждал меня, что без памяти влюблен в другую девушку, и желает на ней жениться.

— И что с того? Это в прошлом. Он же не женился на ней, — ответила Гермиона, надменно рассматривая сгоравшего от внутреннего гнева Малфоя.

— Потому что я ему запретил.

— Тогда мне стоит поблагодарить вас, мистер Малфой. Если бы не вы, Драко мог бы уже быть женатым мужчиной, и в мою сторону даже не взглянул.

На лице Малфоя промелькнуло нечто вроде досады. Потом внезапно он улыбнулся. Так, что

это можно было принять за легкую судорогу, и все же…

— Так вот в чем дело! Он решил отомстить мне, щенок. Что ж, мисс Грейнджер, можете заканчивать свой спектакль. В нем больше нет необходимости.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, мистер Малфой. И в любом случае, я не упущу возможности заключить такой выгодный брак. Я думаю, нам больше не о чем разговаривать.

Гермиона демонстративно отвернулась к камину. На самом деле ей казалось, что её желудок завязался в тугой узел — так она нервничала, но она всеми силами старалась не показывать своего волнения.

— Мисс Грейнджер… — начал было Малфой, но Снейп перебил его.

— Люциус, по-моему, мисс Грейнджер ясно дала понять, что не желает продолжать беседу. Я вынужден просить тебя покинуть мою лабораторию.

Голос зельевара был мягким и почти льстивым, но Малфой старший прекрасно расслышал за вежливыми интонациями угрозу.

— Что ж, прекрасно…

В два шага он преодолел пространство, разделявшее его и Гермиону, поднял трость, и холодный метал ручки в виде змеи коснулся подбородка девушки.

— Но наш разговор еще не окончен, — бросил Малфой напоследок и гордо удалился. Гермиона нервно сглотнула — взгляд Малфоя старшего не предвещал ничего хорошего.

Как только светловолосый волшебник покинул комнату, в неё ввалился подросток-Снейп. За ним все еще неуверенной из-за болезни походкой вошел Сев.

— Когда ты уже разберешься с этими белобрысыми и выйдешь за меня? — спросил Сев.

Язык его заплетался, а глаза готовы были закрыться в любой момент. Гермиона с умилением взглянула на мальчика и улыбнулась, таким хорошеньким он казался с взъерошенными волосами и сонным личиком.

— Не раньше, чем ты как следует выспишься, — ответила она, — Думаю, стоит положить его в твоей комнате? — обратилась она к старшему Снейпу.

Тот кивнул и отвел Сева в спальню.

Средний же Северус тем временем увлеченно рассматривал Гермиону.

— Ты правда собираешься выйти за меня… за него… ну, ты поняла?

— Вообще-то, никто пока что не предлагал мне замужество. К тому же, у нас с Северусом все только начало налаживаться. Не думаешь же ты, что мы вот так сразу поженимся.

— «Вот так сразу»?! Да вы знакомы уже лет десять! — возмутился Северус.

— Фактически, даже больше, чем десять, но не думаю, что стоит брать в расчет то время, когда я здесь училась. Северус видел во мне только ребенка, коим я и была. Возможно… возможно на последнем курсе что-то и изменилось, но по-настоящему все началось на острове.

— Да, профессор МакГонагалл рассказывала мне эту историю.

Гермиона кивнула.

— Но ты ведь согласишься, если он тебе предложит выйти за него? — не унимался Средний Северус, присаживаясь в кресло рядом с креслом Гермионы.

— Наверное да… Брак — очень серьезный шаг, и я…

— Хорошо, просто скажи, ты в самом деле… в самом деле, ну, это… ну, ты поняла, — неловко закончил Северус.

— Не очень, — ответила Гермиона, внимательно смотря на подростка.

— Ну ты его того, ну… черт, ну… что ты такая глупая!? — возмутился, наконец, Северус.

— Может быть, тебе стоит просто сказать это? — предложила Гермиона.

— Хорошо. Ты… Его… Любишь? В самом деле? Сильно?

Гермиона улыбнулась.

— Очень, — тихо ответила она, почему-то смущаясь.

— Но за что? По-моему, он ужасен.

— Вовсе нет.

— Он некрасивый.

— Красивый.

— Нет.

— Да.

— Нет.

Гермиона раздраженно вздохнула.

— Послушай, кто из нас тут женщина? Если я сказала красивый, значит красивый. Ну, или если тебя не устраивает это слово, то притягательный.

— В каком смысле? — не понял Северус.

— Ну… знаешь, иногда бывает, что какой-то человек начинает тебя… волновать. И тогда ты начинаешь всюду искать его глазами, всякий раз надеясь увидеть хотя бы кончик его мантии. Одно его присутствие заставляет твой желудок нервно сжиматься, а коленки подкашиваться. И нет ничего увлекательнее, чем наблюдать за ним. Каждое его движение, каждое его действие интересно для тебя. Каждая черточка его лица кажется тебе прекраснейшей на свете. Ты понимаешь, что нос у него вовсе не крючковатый, а просто «орлиный», губы кажутся самыми красивыми, из всех виденных губ, а от глаз просто не оторвать взгляд… Вторая стадия, это когда тебе хочется к нему прикоснуться. Ты представляешь, как могла бы крепко-крепко обнять его, прижать к себе. Как могла бы провести рукой по щеке, как… — Гермиона, наконец, оторвала мечтательный взгляд от камина и взглянула на подростка, похоже, слегка опешившего от такого ответа, — В общем, если быть краткой, суть состоит примерно в том, что человек притягивает тебя, и тебе в нем нравится все. Понимаешь? С тобой такое случалось?

— Нет, — поразмыслив, ответил Северус, — То есть… со мной учится одна девочка, она чем-то похожа на тебя. Такая же умная, как ты и такая же красивая, и тоже…ну, маглорожденная. Раньше я вообще не обращал на неё внимания, но так вышло, что мы с Лил… с этой девочкой познакомились немного ближе и… в последнее время мне все время хотелось смотреть на неё. И ещё я пытаюсь представить, какие её волосы на ощупь. Наверное, очень мягкие и шелковистые.

Гермиона печально улыбнулась. Северус заметил это и, неправильно истолковав печаль, затаившуюся в её глазах, поспешно добавил:

— Ну, очевидно, мне нет смысла думать о ней, ведь у меня будешь ты.

Гермиона лишь кивнула.

Вдруг позади Гермионы кто-то деликатно кашлянул. Высунувшись из-за кресла, она увидела стоящего в дверях Северуса старшего.

— Ты, иди спать, — скомандовал он подростку.

Последний безропотно поднялся из кресла и исчез в своей комнате.

— И не смей подслушивать! — бросил ему в след старший Снейп.

Он подошел к Гермионе и встал рядом с её креслом. Несколько секунд они просто смотрели друг другу в глаза, пока Северус, наконец, не вздохнул тяжко, и не уселся в кресло напротив.

— Гермиона, — начал он, — Я… сказал не подслушивать, мерзавец! — внезапно воскликнул Северус, отчего Гермиона подпрыгнула на месте.

Наложив на комнату заглушаюшие чары, он продолжил:

— Я знаю, что у нас с тобой всё было не просто. Я подумал, что…

— Ты в этом уверен?

— Прости?

— Ты уверен, что ты подумал? — сердито спросила Гермиона.

Лицо Северуса приобрело рассерженное выражение.

— Уверен ли я? О да, абсолютно. Какие еще у меня могли быть сомнения после той теплой встречи с Поттером и Уизли на острове? Ты была так счастлива, что они приехали!

— Боже, ты совсем слеп, Северус, — ответила Гермиона, усмехнувшись, — Как ты мог быть таким хорошим шпионом? Я была счастлива!? Да я места себе не находила, когда ты перестал со мной разговаривать. Ты делал вид, что между нами ничего не произошло, и я подумала, что для тебя это ничего не значило.

Северус на мгновение прикрыл глаза. Потом он снова открыл их, и взглянул на Гермиону.

— Я подумал тоже самое.

— Ты просто кретин, — ответила Гермиона, при этом все же улыбаясь.

— Не могу не согласиться…

Гермиона поднялась со своего кресла, подошла к Северусу и села к нему на колени. Он обнял её за талию и прижал к себе.

— Я все-таки хотел бы поговорить о том, что будет дальше, — тихо сказал он.

— И что же будет? — спросила Гермиона, выводя пальцем рисунок на груди Северуса.

— Я не уверен, что готов… жениться.

Гермиона мягко рассмеялась.

— Никто не собирается тащить тебя под венец силой, Северус.

— Да, но как же… и что мы будем делать дальше?

Голос Северуса был настолько серьезен, что Гермиона запретила себе шутить и смеяться, и попыталась собраться с мыслями.

— Ну что… я думаю, мы с тобой сходим куда-нибудь вместе. Мальчиков можно будет снова оставить с профессором МакГонагалл, потом мы могли бы просто провести вечер вдвоем в твоих или моих комнатах, посидеть у камина, поговорить. Затем я могла бы остаться у тебя на ночь… И так пока смерть не разлучит нас, — закончила Гермиона, улыбнувшись.

Северус негромко рассмеялся, и Гермиона почувствовала вибрацию его тела.

— В таком случае у меня вопрос, — прошептал ей на ухо Северус, — А мы не могли бы сразу начать с последнего пункта?

— Про смерть? — лукаво произнесла Гермиона.

— Нет, про ночь, — ответил Северус и поцеловал Гермиону.

Поцелуй, казалось, мог длиться вечно, но его внезапно что-то прервало. Ни Гермиона, ни Северус не могли бы сказать, что именно это было — просто какая-то сила заставила их оторваться друг от друга. Магия витала в воздухе, её невозможно было осознать, но легко почувствовать.

— Что это? — спросила Гермиона.

Северус просто молча встал и направился к комнате, в которой спал Сев.

— Он исчез, — выйдя из спальни, сообщил Снейп.

Гермиона зажала рот ладошкой, силясь не расплакаться и не удариться в панику.

— Второй тоже, — сообщил Северус, проинспектировав комнату, в которой должен был находиться подросток-Снейп.

Гермиона почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы.

— Они вернулись в свое время? — прошептала она.

— Вероятно, — ответил Северус, подходя к стоявшей по середине комнаты Гермионе и обнимая её.

— Но как… мы даже не попрощались.

— Гермиона… я всё ещё рядом с тобой. И буду в будущем.

— Ты больше не бросишь меня? — спросила Гермиона, глотая покатившиеся по щекам слезы.

— Я и не бро…

— Не бросишь? — более требовательно спросила девушка.

— Не брошу, — покорно ответил Северус.

— И не будешь делать поспешных выводов? Не допустишь, чтобы глупые недоразумения разрушили нашу жизнь? Ты обещаешь, что будешь делать все, чтобы мы всегда были вместе?

— Обещаю.

С этими словами Северус принялся целовать мокрые щеки Гермионы, желая, чтобы на них не осталось ни одной слезинки.

— Если ты удовлетворена ответом, — произнес Северус, взглянув Гермионе в глаза, — то, возможно, мы могли бы, наконец, воспользоваться тем, что мои комнаты теперь пусты?

— Но мальчики…

— Вернулись в прошлое и больше не будут нас беспокоить.

— Но Сев… я буду скучать, — Гермиона почувствовала, что слезы снова покатились по её щекам.

— Гермиона, я и есть Сев. И второй нахал — это тоже я. Ты не на мгновение не расставалась с ними.

— А что, если с ними что-то случилось?

— Гермиона… — Северус определенно старался сдержать раздражение.

— Мы не можем так просто заняться любовью, когда мальчики исчезли, — сказала Гермиона, сердито смахивая слезы.

Северус прижался к Гермионе еще сильнее и прошептал ей в ухо:

— Повтори это еще раз.

— Что? — не поняла Гермиона, — Мальчики исчезли, и я…

— Нет, про «заняться любовью». Меня возбуждает то, как ты это говоришь.

Гермиона легко рассмеялась.

— И ее смех, точно звон колокольчиков, рассыпался в утренней тишине, — пробормотал Северус.

— Я думаю, стоит найти МакГонагалл или директора, и сообщить им о пропаже, — сказала Гермиона, освобождая себя от мужских объятий.

Уже у двери она оглянулась на Северуса — тот стоял посреди комнаты, скрестив руки на груди, и сурово глядел на неё.

— В чем дело? Ты не идешь? — удивленно спросила она.

— Я иду. А дело в том, что я ждал этого черт знает сколько, и теперь всё портят… я сам же всё и порчу, совсем не вовремя вернувшись в свое время. Черт знает что.

— Прекрати бубнить, Северус. У нас будет еще полно времени.

— В любом случае, твои материнские инстинкты сейчас неуместны.

— Пойдем! — нетерпеливо бросила Гермиона и вышла за дверь.

Северус, продолжая что-то говорить себе под нос, поспешил за ней.

***

— Ну что ж, вероятно, все встало на свои места.

В кабинете директора собрались профессор Дамблодор, профессор МакГонагалл, Гермиона и Северус, и, после недолгого совещания, директор подвел итог.

— Но мы не можем быть в этом уверены, — сказала Гермиона и увидела, как трое едва сдержались от того, чтобы закатить глаза.

— Гермиона, если бы с мальчиками что-то произошло, мы бы узнали об этом первыми, — терпеливо, уже в который раз, повторила МакГонагалл, — Северус здесь, и с ним все в порядке.

— Но почему? Почему они вдруг исчезли? Так внезапно…

— Насколько я помню, появились они не менее неожиданно, — заметил профессор Дамблдор.

— Да…да, мы как раз ссорились, и… Не может быть! — вдруг воскликнула Гермиона.

— Чего не может быть? — осведомилась профессор МакГонагалл.

— А… так… у меня просто появилась одна идея, но её нужно проверить. Я в библиотеку!

С этими словами Гермиона упорхнула из кабинета, оставив недоумевающих МакГонагалл и Дамблдора, и раздраженного Снейпа.

***

— Привет, Грейнджер, — мужской голос, раздавшийся за спиной, заставил Гермиону проснуться.

Она осознала, что находится в библиотеке, за окном уже светло, а за спиной стоит младший Малфой.

— А, ты… чего тебе? — хриплым со сна голосом поинтересовалась Гермиона.

Она потянулась, размяла шею и поправила прическу. Только после этого Малфой посчитал, что имеет желание заговорить с ней.

— Я просто хотел сказать, что твой план, похоже, работает, так что маленькие Снейпики в безопасности. Отец приходил вчера ко мне и намекал, что, возможно…

— Младших Снейпов больше нет, так что тебе больше нечем меня шантажировать, — сообщила Гермиона, осознавая, что не может больше смотреть на самодовольное лицо бывшего однокурсника.

— Как нет? — опешил Малфой.

— Вот так, нет. Они пропали. Исчезли. Испарились.

Гермиона встала со стула, чуть прогнулась, чтобы размять поясницу, разгладила мантию. Взглянув на стопки книг, которые успела пролистать, она вздохнула — ничего, что объясняло бы произошедшее, она там не нашла. Ничего, что подтверждало бы её теорию.

— Погоди, Грейнджер, но…

— Малфой, — устало произнесла Гермиона, — Разбирайся со своими проблемами сам.

«Интересно, Северус не искал меня? — думала она, — Я всю ночь просидела в библиотеке, а он даже не постарался найти меня. Может, он передумал?»

— Но ты не можешь бросить меня! Ты должна помочь мне!

Гермиона принялась убирать со стола прочитанные книги.

— Я тебе ничего не должна, — бросила она ходившему за ней хвостиком Малфою.

— Ты не можешь бросить человека в беде. Ты же Гриффиндорка, в конце концов! — умоляюще произнес Малфой.

— Гриффиндорка, а не Мать Тереза.

— Чья мать?

— О, забудь, — махнула рукой Гермиона, — Я сделала то, что ты меня просил, дальше разбирайся со своим папашей-самодуром сам.

— Грейн… Гермиона, — вдруг томно произнес Малфой, — Я понимаю, ты сердишься на меня, ты имеешь на это право.

Он подошел ближе, взял Гермиону за руку и, взглянув ей в глаза, продолжил:

— Но давай забудем наши разногласия? Это же глупо, черт возьми.

Гермиона не знала, что ответить.

Да и сложно найти достаточно саркастичный ответ, когда красивые печальные глаза цвета пасмурного неба, глядят на тебя, проникая прямо в душу.

— Гермиона…

Гермиона не заметила, как руки Малфоя оказались на её талии. Но не успела она отреагировать на это, как услышала насмешливый низкий голос:

— Какая трогательная картина.

— Северус! — воскликнула Гермиона и оттолкнула от себя Драко.

Снейп смотрел на Гермиону с нескрываемым отвращением. Рядом с ним стоял старший Малфой, на лице которого тоже было отвращение, но смешанное скорее с досадой и надменностью, чем яростью и болью, как у Северуса.

— Я просто… мы… — начала заикаться Гермиона, — Северус, нам надо поговорить.

— Не вижу в этом необходимости. Мне и так все ясно.

— Но…

Но Снейп уже не слушал. Он развернулся, взмахнув полами мантии, и величественно удалился. Гермиона хотела броситься за ним, но тяжелая рука Драко Малфоя, которая легла ей на талию, остановила её.

— Отец, теперь, когда мы все здесь, ты можешь благословить наш с Гермионой брак.

— Ты не женишься на ней, ты понял? — процедил сквозь зубы Малфой-старший.

— Я сделаю так, как посчитаю нужным, — ответил Драко твердо, и Гермиона даже почувствовала некоторое уважение к нему — все-таки он мог не быть тряпкой, когда хотел, — Я не позволю разрушить мою жизнь дважды.

— Я же позволил тебе жениться на той девчонке!

— Поздно, отец. Слишком поздно.

— Неблагодарный щенок! — бросил Люциус Малфой и, не добавив больше ни слова, покинул библиотеку.

— Какого черта? — возмутилась, пришедшая, наконец, в себя Гермиона, — Какого черта? — повторила она.

После нескольких секунд тишины она снова повторила вопрос, и только тогда Драко оторвался от созерцания какой-то точки в пространстве и растерянно взглянул на неё.

— Если бы я легко согласился, отец понял бы, что я блефую, и попытался повернуть ситуацию в свою пользу. Он должен поверить в нашу ложь.

— Чудесный план! — воскликнула Гермиона, — Но почему ты решил, что я стану помогать тебе? Северус…

— … скоро все узнает. Не паникуй. Я знаю своего отца достаточно хорошо, и могу сказать, что он-то и будет тем человеком, который позаботиться о твоем личном счастье.

Гермиона лишь зло и недоверчиво взглянула на младшего Малфоя. Ей нужно было срочно поговорить с Северусом.

***

— Северус, открой дверь! Нам нужно поговорить. Ну не будь идиотом!

Вот уже полчаса Гермиона стояла под дверью, ведущей в комнаты Северуса, и пыталась достучаться до него.

— Ты же не собираешься просидеть там весь день? — предприняла она очередную попытку.

— Мисс Грейнджер, — раздался низкий бархатный голос, и Гермиона обернулась.

Перед ней стоял блистательный Люциус Малфой. Гермиона могла только позавидовать его способности всегда выглядеть потрясающе.

— Мистер Малфой?

— Послушайте, мисс Грейнджер, у меня к вам есть деловое предложение, — произнес Малфой и многозначительно приподнял одну бровь.

— Я вся внимание.

— Я предлагаю вам следующее: вы отказываетесь выйти замуж за моего сына, а я за это помогаю вам помириться с Северусом.

Гермиона фыркнула.

— В этом нет необходимости, я сама могу помириться с ним, — ответила она.

— Оо, я не думаю. Слышали бы вы, что он говорил мне о вас после того, как я встретил его, покинув библиотеку ранее утром…

— И что же он вам, интересно, говорил? — спросила Гермиона, пытаясь придать голосу непринужденность.

— Вам лучше этого не знать, поверьте. Он выражался о вас в самых оскорбительных выражениях.

Гермиона тяжело сглотнула.

— Я вам не верю.

— Напрасно. Он был очень зол на вас. Он уверял меня, что поверил вам, а вы предали его. Он называл вас… мне, право, больно говорить вам об этом, но он называл вас продажной женщиной и клялся, что больше и близко к вам не подойдет.

— Это ложь. Это не может быть правдой, — слабо сопротивлялась Гермиона.

— Не является ли тому доказательством тот факт, что он не открывает вам дверь? Он не желает вас видеть, мисс Грейнджер. Да это и не удивительно, вы ведь выходите за моего сына, а Северус, похоже, серьезно в вас влюблен… Бедный мальчик, он всегда был слишком импульсивен и легко поддавался эмоциям.

Гермиона принялась глубоко дышать, не желая расплакаться перед Малфоем.

«Ну уж нет, — решила она, — Раз мы начали эту игру, мы её закончим».

— Но мне нужно с ним поговорить, Северус должен знать, что я выхожу за Драко не потому что не люблю его, а просто потому что Драко чистокровный и богатый волшебник, этот брак изменит мою жизнь. Я приобрету новый статус и навсегда забуду о том, что я маглорожденная.

Гермиона видела, как окаменело лицо Малфоя. Несколько секунд он неподвижно смотрел на неё, но потом как-то неестественно улыбнулся и мягко произнес:

— Я понимаю, мисс Грейнджер. Подобный брак — мечта любой нечистокровной ведьмы. Но вы должны понять, никто никогда не позволит вам забыть, кто вы на самом деле. Северус тоже неплохая партия.

— Сами подумайте, когда перед девушкой стоит выбор: выйти за Драко или за Северуса, кого она выберет?

— Но вы же Гриффиндорка, черт возьми, вы не должны руководствоваться меркантильными интересами! — довольно эмоционально произнес Малфой.

Гермиона лишь злорадно усмехнулась. Да, яблоко действительно упало не далеко от яблони… что ж, пора сказать «нет» предрассудкам и стереотипам.

— Я никому ничего не должна. Это моя жизнь, и если я о себе не позабочусь, никто не позаботиться. А теперь, если вы не против, у меня еще есть дела.

С этими словами Гермиона оставила Малфоя, а сама отправилась к себе в комнату. Был выходной, и делать было абсолютно нечего, поэтому Гермиона решила немного поплакать.

Она так устала от постоянных переживаний, от сложных отношений с Северусом, от семейства Малфоев, от всего! Как же ей хотелось, чтобы все просто оставили её в покое. Кроме Северуса. Его в своих мечтах Гермиона видела рядом с собой — любящего и понимающего. Неужели она хотела слишком много?

***

Мечтам Гермионы о спокойном дне, проведенном в оплакивании своей никчемной жизни, не суждено было сбыться. Через каких-то полчаса после того, как она распланировала свое воскресенье, в дверь постучали. Спешно наложив маскирующие чары, Гермиона позволила непрошенному гостю войти. Это оказался Драко Малфой. Вслед за ним в комнату несмело вошла красивая черноволосая девушка. Гермиона так и замерла, увидев её. «Настоящая восточная принцесса», — подумалось ей.

— Грейнджер, позволь представить тебе Белинду Гексли, в будущем мою невесту.

Гермиона улыбнулась девушке и кивнула в знак приветствия.

— Лин, это Гермиона Грейнджер… моя невеста на данный момент, — при этих словах Малфой очень тепло улыбнулся своей спутнице, и она улыбнулась в ответ.

— Очень приятно с вами познакомиться, — произнесла Белинда, обращаясь к Гермионе, — Если бы не вы…

— Пока что не стоит благодарности, еще не известно, как все закончится, — ответила Гермиона и предложила своим гостям присесть.

Заняв места на диване около журнального столика, Драко и Белинда одновременно взглянули на Гермиону. Последняя, в свою очередь, села в глубокое кресло и устремила свой взор на гостей.

— Вы очень эффектно смотритесь вместе, — заметила она.

Это было действительно так: светлокожий красивый блондин и смуглая красавица с волосами цвета вороного крыла были абсолютно разными, но выглядели невероятно гармонично друг рядом с другом.

— Спасибо, — смущенно ответила Белинда.

— Не менее эффектно, чем ты со Снейпом, — в свою очередь отметил Драко.

— Благодаря тебе, я никак с ним не смотрюсь! — зло ответила Гермиона, и тут же смутилась.

Белинда вопросительно подняла брови.

— Я уже сказал, что всё с твоим Снейпом будет замечательно. Как только мы с Белиндой сыграем свадьбу, я тут же займусь нашим ненаглядным профессором…

— Что? Свадьбу? Я, может, поседеть успею к тому времени, как вы свадьбу сыграете! — воскликнула Гермиона, — Нет, я, конечно, очень рада за вас, и хотела бы помочь, но я слишком долго ждала Северуса, чтобы позволить этому фарсу все разрушить.

— Гермиона, мы никогда не станем требовать от тебя делать что-то, что сделает тебя несчастной, — подала голос Белинда, и раскрасневшаяся от негодования Гермиона почувствовала, что гнев и возмущение волшебным образом уходят, — И Драко займется твоей проблемой незамедлительно, не так ли?

Белинда бросила красноречивый взгляд на Малфоя, и тот нехотя кивнул головой.

— Мы не хотим допустить, чтобы ты пострадала, помогая нам.

— А пришли мы к тебе, собственно, с просьбой, Грейнджер.

Теплый взгляд Белинды остановил Гермиону от вопроса «опять?!», и она лишь вопросительно взглянула на парочку.

— Отец не должен увидеть Лин, пока я не получу от него твердое разрешение на свадьбу, — сообщил Малфой.

— Тогда зачем она приехала? Прости Белинда, я рада, что мы познакомились, и всё же…

— Я соскучилась, — ответила темноволосая девушка, и, если бы она не была такой смуглой, то точно бы покраснела.

— Аа, — протянула Гермиона.

В принципе, она могла понять Белинду, она тоже постоянно скучала по Северусу, порой даже если он был рядом. Если он не говорил с ней, не смотрел на неё, Гермиона чувствовала себя очень одинокой.

Драко прочистил горло, выводя Гермиону из задумчиво-мечтательного состояния.

— Так вот, Лин не может оставаться в моих комнатах, потому что там постоянно появляется отец.

— Понятно. Конечно, Белинда, ты можешь остаться у меня, — ответила Гермиона, — Но ты, Малфой, в таком случае, немедленно идешь и разбираешься с Северусом. Чтобы уже сегодня вечером… нет, через час, он был рядом со мной, ясно?

Драко лишь усмехнулся, поцеловал на прощанье Белинду, бросил «Грейнджер» и удалился из комнаты.

— Надутый индюк, — бросила Гермиона, когда дверь за младшим представителем семейства Малфоев закрылась.

Белинда тихо рассмеялась.

— Он просто позер. Но он не всегда такой, правда. На самом деле, он очень нежный, чувствительный, он всегда защищает меня, и готов пойти на всё, лишь бы я была счастлива. Он может быть очень сильным и твердым, и тогда даже его отец ничего не может ему сделать.

— Однако, он не захотел бросить все и просто жениться на тебе. Прости, я знаю, это звучит немного бестактно, но…

— Я понимаю.

Белинда вздохнула. Изящно поправив волосы, она взглянула на Гермиону и ответила:

— Просто это очень важно для него, понимаешь? Его чистокровность, его родовитость. И даже деньги — он привык к роскошной жизни. Я просто не могу лишить его этого. Он готов был оставить свою семью, готов был отказаться от фамилии, но я ему не позволила. Сейчас мы молоды и счастливы, и по уши влюблены, но что будет через десять лет, через двадцать? Что, если наша жизнь не сложится? Кто будет в этом виноват? Я не хочу, чтобы у него был хоть какой-то повод упрекнуть меня. Я люблю его, и хочу, чтобы у него было всё только самое лучшее.

— Лучшая невеста у него уже есть, — ответила Гермиона, — Я тебя, а не себя имею в виду, — поспешно добавила она.

Гермиона, если говорить откровенно, немного завидовала Белинде. Красивая, влюбленная и любимая. И ничего им с Драко не надо, кроме них самих. Кажется, ничто не способно заставить этих двоих расстаться. Почему же у неё с Северусом все не так? Почему на их пути постоянно встают какие-то трудности?

— У тебя тоже всё будет хорошо, вот увидишь, — сказала Белинда.

Гермиона лишь печально улыбнулась.

***

Когда во время обеда Гермиона вошла в Большой зал, там стоял невыносимый шум. Оглядевшись в поисках причины, которая вызвала такой ажиотаж, у учительского стола Гермиона увидела две знакомые фигуры.

— Гарри! Рон! Какой сюрприз! — воскликнула она, подходя ближе.

Молодые люди одновременно обернулись. Радость на их лицах мгновенно сменилась праведным гневом.

— Гермионочка, — ласково пропел Рон, — Гермиона Грейнджер. Или правильнее будет Гермиона МАЛФОЙ?

К концу предложения в голосе Рона было столько злости, что Гермиона начала опасаться за свою жизнь.

— Рон, послушай…

— Я не желаю тебя слушать! — воскликнул он, — Я требую, чтобы ты всё объяснила!

На мгновение Гермиона задумалась.

— Это будет сопряжено с определенными трудностями, если учесть, что слушать меня ты отказываешься, — осторожно ответила она.

— Прекрати умничать, и просто ответь, как, КАК ты могла согласиться выйти за муж за этого хорька?

— Я был уверен, что ты любишь Снейпа, — вставил свои пять кнатов Гарри.

— Что? СНЕЙПА? — возмущению Рона не было предела, — Этого сальноволосого мерзкого…

— Рон! — прервала его Гермиона, а потом тихо добавила, — Может быть, мы уйдем отсюда? На нас все смотрят. Не стоит устраивать сцен перед учениками. Да и перед учителями тоже.

— Может быть, молодые люди, вы сперва пообедаете? — раздался за спинами троицы голос профессора Дамблдора.

— Пожалуй, — согласился Рон.

— Какой обед! — в то же время воскликнула Гермиона.

— Нам всем стоит немного остыть — постановил Гарри, — Так что пойдем поедим.

— Наконец-то ты повзрослел, Гарри, — тихо произнесла Гермиона и улыбнулась.

— Нет-нет, не думай, что твоя идиотская затея выйти за Малфоя сойдет тебе с рук, — ответила Гарри, по-джентельменски отодвигая для Гермионы стул, — просто я надеюсь услышать рациональное объяснении, которыми ты так славишься, — сказал он тихо.

Вскоре в Большом зале появились Малфои. Оба сохраняли невозмутимые лица, но было ощущение, что воздух между ними настолько напряжен, что вот-вот пробежит электрическая искра. За столом они уселись максимально далеко друг от друга, и почти ни с кем не разговаривали. Пока не пришел Снейп.

Гермиона печально проводила его глазами, надеясь поймать его взгляд, но Северус даже не взглянул в её сторону. Северус сел рядом с Малфоем, но обменялся с ним лишь несколькими короткими фразами.

Ближе к концу трапезы дверь в Большой зал шумно отварилась и внутрь вошла, а правильнее было бы сказать, вплыла Белинда Гексли. Гермиона изумленно открыла рот.

Какого черта?

Гермиона взглянула на Драко и поняла, что тот удивлен не меньше.

Белинда неспешно прошла между рядами, сопровождаемая множеством удивленных и восхищенных взглядов, и подошла к преподавательскому столу. К удивлению Гермионы, из-за стола встал Люциус. Белинда подошла к нему, протянула ручку, которую Малфой поцеловал, и села на галантно отодвинутый стул. Только после этого она бросила взгляд сперва на Драко, потом, презрительный, на Гермиону.

Малфой заговорил о чем-то с Белиндой, и Гермиона улучила момент, чтобы вопросительно взглянуть на Драко. Тот лишь пожал плечами.

— Кто это? — раздался вдруг голос Рона, о котором Гермиона уже успела забыть.

— Долго объяснять, — отмахнулась Гермиона.

— Но боюсь, тебе придется, — заметил Гарри.

Гермиона лишь тяжело вздохнула.

***

После обеда Гермиона, Рон и Гарри уединились в старой учительской — Гермионе почему-то захотелось объяснить все друзьям именно там. Наверное, в той комнате она ощущала незримое присутствие Северуса.

Выложив свою историю, Гермиона взглянула на мальчиков. Гарри, казалось, был спокоен — с мыслью о Снейпе он давно смирился. А вот Рон был абсолютно точно взбешен.

— Гермиона, где были твои хваленые мозги? — зло спросил он.

— Рон, пожалуйста, — попросила Гермиона, — твои вопли мне никак не помогут.

— Гарри, а ты! Ты все знал, и молчал! Как ты вообще мог смириться с этим? — не унимался Рон.

— Вообще-то, Джинни немного подготовила меня морально. Еще когда я ехал сюда в прошлый раз, она постоянно намекала на что-то. И говорила о том, что я должен уметь держать себя в руках, и принимать решения других людей, а не осуждать их… Ведь Гермиона наш друг.

Рон некоторое время молчал.

— У меня умная сестра. Мудрая женщина, черт возьми… а я так не могу! Наша Гермиона хочет отдаться в лапы слизеринскому…

— Рон Уизли, — предупреждающе произнесла Гермиона.

— …Декану! — закончил Рон неуверенно, — Черт, Гермиона, ты же могла найти кого-нибудь в сотню Раз лучше. Кого-нибудь хотя бы с более приятной внешностью… и не с факультета Слизерин! — добавил он, видя, что Гермиона собирается что-то сказать.

— Если бы могла, обязательно выбрала бы. Но я люблю его, и ничего не могу с собой поделать, — ответила она, — Иногда мне хотелось просто вырвать себе сердце, и не думать, не чувствовать. Но Рон, это невозможно. И я не могу просто уйти. Я не могу лишить себя того счастья, которое испытываю, когда он рядом. Пусть он злится на меня сейчас, всё обойдется. Я уверена, все будет хорошо.

Рон лишь покачал головой.

— Ты мой друг, Гермиона, и я готов принять твой выбор, но прямо сейчас я не могу разговаривать с тобой. Пожалуй, я пойду напьюсь.

С этими словами Рон покинул комнату.

— Он справится с этим, — произнес Гарри.

— Безусловно…

— Что ж, мне нужно связаться с Джинни, сообщить ей обо всем, потому что она тоже в ужасе от газетной статьи. Эти дни мы просто места себе не находили… ты идешь? — спросил Гарри уже от двери.

— Нет, я еще немного здесь посижу, — откликнулась Гермиона.

Когда Гарри ушел, она свернулась клубочком на диване и уставилась в окно.

Внезапно она услышала, что дверь открылась. Гермиона решила, что это был Гарри, поэтому даже не обернулась, но вдруг горячие рука легли ей на плечи и начали нежно массировать. Едва не подпрыгнув от неожиданного прикосновения, Гермиона попыталась обернуться, чтобы узнать, кто это был, но руки помешали ей, удержав голову.

— Расслабься, — произнес низкий, такой знакомый и любимый Гермионе голос.

— Северус, — прошептала она, чувствуя, что глаза наполняются слезами.

— Просто расслабься, — произнес голос, заставляя подчиняться.

Руки Северуса начали опускаться ниже, к ключице, принялись деликатно массировать грудь. Гермиона что-то промурлыкала, и движения рук стали более уверенными.

Северус перегнулся через спинку дивана и слегка повернул голову Гермионы, чтобы получить доступ к её губам. Он начал страстно целовать её, заставляя трепетать и улетать на седьмое небо от счастья. Это было так потрясающе, так необходимо, так долгожданно, так…

Внезапно дверь громко открылась.

— Мы можем поговорить зде… — послышался голос Люциуса Малфоя, но предложение было оборвано на полуслове.

Северус немедленно отстранился от Гермионы, а сама девушка взглянула на тех, кто вторгся в старую, никому прежде не нужную учительскую.

— Гермиона? — спросил стоявший рядом с Люциусом Драко, — Что все это значит?

— Ээ, я всё объясню, — неуверенно произнесла Гермиона.

— Что ты мне объяснишь? Что ты мне объяснишь? Я все видел своими глазами! — выкрикнул младший Малфой.

— Это… не то, что ты думаешь, — выдала Гермиона первое, что пришло на ум.

— Я не… я не верю, что ты могла так поступить со мной, — истерично произнес Драко, — Я просто не верю. Гермиона, как? Как ты могла? Я верил тебе.

Мозг, затуманенный страстью, начал проясняться. Краем глаза Гермиона увидела невозмутимое лицо Северуса, затем самодовольное Люциуса, и кое-что поняла.

— Драко! Выслушай меня! — громко сказала она, поднимаясь с дивана, — Северус просто искал у меня в глазу пылинку.

— О, пожааалуйста! Не надо рассказывать мне сказки. Ты целовалась с ним, я все видел. Ты целовалась, и тебе это нравилось.

Гермиона готова была поаплодировать Драко — актерское мастерство у него определенно было на уровне.

— Послушай, Драко…

— Гермиона, — трагично произнес младший Малфой, — надеюсь, ты понимаешь, что я…я… не могу допустить… чтобы моя жена … вела себя подобным образом… чтобы у меня была такая жена как ты… Мне больно говорить об этом, но…

— Нет! — воскликнула Гермиона, — Ты не можешь! Не смей!

«Главное не переигрывать», — подумала про себя Гермиона.

— Всё кончено, Гермиона, мне очень жаль, — обреченно проговорил Малфой и весьма талантливо изобразил позу отчаяния, усевшись в ближайшее кресло.

— Ой, извините, я, наверное, не вовремя? — произнес женский голос.

Все оглянулись на вошедшую Белинду.

— Что вы, мисс Гексли, вы как раз вовремя, — произнес Люциус.

— Да уж, очень, — буркнула Гермиона достаточно громко, чтобы все услышали. Чтобы услышал Малфой.

— Я просто искала библиотеку… — сообщила Белинда, невинно хлопая глазками.

— Библиотеки нет на этом этаже! — зло сказала Гермиона, — Что ты вообще здесь делаешь? Кто тебя звал в Хогвартс?

— Вообще-то, это был я, — самодовольно произнес Малфой, — Я слышал, что мисс Гексли интересуется некоторыми особыми видами магии, поэтому я пригласил её сюда, в Хогвартс, пока я здесь, дабы она могла изучить некоторые книги в библиотеке.

— Полная чушь! — возмутилась Гермиона, — В Хогвартсе далеко не лучшая библиотека, и…

— Драко, с тобой все в порядке? — испуганно спросила Белинда.

Драко поднял лицо, которое до тех пор было спрятано в ладони.

— Нет, не всё. Эта женщина, которой я доверял, она обманула меня. Я.. я навсегда разочарован в женщинах.

— Но Драко, не все такие, как она…

— Правда? Ты расскажешь мне, какие еще бывают женщины?

Гермиона подумала, что в присутствии Белинды актерские способности Драко притупились — их диалог выглядел ужасно нелепо.

— Мерзавка! — бросила Белинде Гермиона, — А ты хорек!

Но парочка ничего и никого вокруг не видела — они просто молча покинули комнату, держась за руки.

— Мне жаль мисс Грейнджер, что ваши амбиции ни к чему не привели… — сообщил Люциус Малфой — на лице ни капли сожаления, — ну что ж, такова жизнь.

И с самым самодовольным лицом, на которое он только был способен, старший Малфой покинул помещение.

— Вот все и закончилось, — подал голос Северус.

Он в два шага преодолел разделяющее его с Гермионой пространство и заключил девушку в объятия.

— Ты не злишься на меня, Северус? — спросила она, уткнувшись Снейпу в грудь.

— Конечно нет, глупая.

— Но тогда в библиотеке…

— Это все была часть плана Драко. Я просто подыграл ему.

— Но я думала…

— А вот в этом я не был бы так уверен.

— Северус! — возмутилась Гермиона и в шутку ударила его кулачком в грудь.

— Теперь, я думаю, Драко будет счастлив с мисс Гексли, Люциус будет уверен, что это его рук дело, ведь именно он пригласил мисс Гексли и подговорил меня соблазнить тебя так, чтобы это увидел Драко. А мы будем с тобой.

— Ох, как я устала от ваших слизеринских интриг!

— Привыкай, моя дорогая. Когда ты выйдешь за меня замуж, ты будешь постоянно подвергаться пагубному воздействию моих слизеринских качеств.

— А я что, выхожу за тебя замуж? — спросила Гермиона, поднимая голову, и смотря Северусу прямо глаза.

— Если ты скажешь мне «Да».

Ловким движением руки, всё еще прижимая Гермиону к себе, Северус достал из кармана маленькую бархатную коробочку.

— Я говорю тебе да, — прошептала Гермиона, не веря своему счастью.

Северус достал из коробочки аккуратное платиновое кольцо с россыпью бриллиантов и надел на безымянный палец Гермионы.

Гермиона едва не задохнулась от восторга.

— Я просто не могу выразить словами, как я счастлива, Северус. Это просто невозможно. Мне кажется, что я сейчас взорвусь, потому что мое тело не может удержать в себе столько радости. Я…

Но Северус положил указательный палец на её губы.

— Я люблю тебя, Гермиона, — тихо произнес он.

— Я тоже тебя люблю, Северус, — также тихо ответила Гермиона.

И зачем говорить что-то еще, когда сказаны главные слова?

Когда они сказаны искренне, когда оба думают и чувствуют одинаково, больше не нужно ничего.

Love is magic and it?s plain and sometimes it just happens