Muse - New Born (Official Music Video)
Date: 2015-10-07; view: 652.
Тем временем, маршрут тура пролегал через Германию, Скандинавию, Бельгию, Люксембург и Испанию. Умопомрачительные выступления перед многотысячной толпой мьюзоманов в каждом городе (билеты на них раскупались в мгновение ока), временами сменяло участие в съёмках вечерних сетов для теле- и радиошоу к примеру для испанского канала RTVE или британской RadioOne (BBC Radio 1, британская радиостанция, вещающая на международном уровне под руководством BBC, специализирующаяся на поп-музыке и хит-парадах музыкальных композиций. После 19:00 радио отдаёт предпочтение альтернативным жанрам, включая электронику, хип-хоп и рок. Радиостанция начала вещание в 7:00 утра 30 сентября 1967 года, после запрещения парламентом пиратских радиостанций, располагавшихся на морских судах - прим. перев.). Так как триумфальное возвращение в Англию подразумевало выступление на некоторых крупнейших концертных площадках, по величине сродни двум до отказа забитым Brixton Academy вместимостью 5000 человек (самая большая концертная площадка в Лондоне, выступление на которой считалось судьбоносным этапом в карьере всех рок-групп, знаменующим выход на большие стадионы), то можно было сказать, что дела у «Muse» пошли в гору. Фанаты 2000 года превратились в преданных поклонников; теперь «Muse» были группой, которая действительно что-то значит для людей.
Более того, они стали завсегдатаями верхних строчек британских сингл-чартов. План заключался в следующем: если "Plug in Baby" пойдёт хорошо, то следующим стоит выпустить не столь очевидный сингл. И действительно, 5 июня 6-минутный шедевр "New Born" был выпущен в общей сложности в шести форматах: CD1 и CD2 с видеоклипом и лайв-версией "Plug in Baby", снятой в Амстердамском Paradiso в начале европейского тура, плюс три новые песни. Среди них были отрывок песни под названием "Shrinking Universe", записанный в студии с Джоном Леки и впоследствии использованный в трейлере к фильму «28 Недель Спустя» («28 Weeks Later»), немного фолковая забавная композиция "Map of Your Head", которая не соответствовала концепции «Origin…», поэтому не вошла в альбом. Эта песня, довольно незамысловатая, как может показаться на первый взгляд, - своего рода признание Мэттом его фетиша по части белых носков. Строчка «wearing just socks and a phone» (досл. - одетый только в носки и с телефоном) была воспринята фанатами как отсылка к его сообщению на официальном сайте группыmuse-official.com, в котором он признался, что девушка, одетая лишь в футболку и носки, выглядит, по его мнению, невероятно сексуально. И наконец, лёгкая импровизация на фортепиано, названная с должной скромностью «Piano Thing». Этот трек представляет собой один из виртуозных мелодичных пассажей, которые Мэтт привык наигрывать на фортепиано, если оно было в комнате, в перерывах между интервью.
СЖИМАЮЩАЯСЯ ВСЕЛЕННАЯ
Льешь обо мне ты слезы -
Жалкий итог твоего творения
Погляди внимательней
Я - лишь твоих изъянов отражение
Посмотри - все кончено
Ты - Бог вселенной, сжавшейся до точки
Нет смысла в выживании
Нет идеалов, чтобы погибать за них
Давно пора бы это осознать
И без жалости стереть нас с земли
Посмотри - все кончено
Ты - Бог вселенной, сжавшейся до точки
Посмотри - все кончено
Ты - Бог вселенной, сжавшейся до точки (Перевод (с)marine (nlmda)
КАРТА ТВОЕЙ ГОЛОВЫ
Меня тошнит от людей,
От их нелепых идей -
Какой в них смысл, когда душа их пуста,
Когда душа не поет и только трезвый расчет
в их головах - здесь бесполезны слова.
Я потерян и бреду наугад -
Только карта мне твоя не нужна.
Я потерян и бреду наугад -
Только карта мне твоя не нужна.
Решил я выпить слегка,
Чтоб развернулась душа,
Но пострадала голова и теперь
Один, в похмельной тоске,
В каком-то рваном носке,
Из трубки голос долбит дырку в виске
Да, я потерян, я бреду наугад -
Только карта мне твоя не нужна.
Я потерян и бреду наугад -
Только карта мне твоя не нужна.
Я потерян и бреду наугад -
Только карта мне твоя не нужна.
Я потерян и бреду наугад -
Только карта мне твоя не нужна. (Перевод (с)marine (nlmda)
Вам недостаточно этого? Что ж, тогда обратите внимание на «Hyper Music Box», в котором собраны все новые песни плюс лайв-версии "Plug in Baby" и "New Born", а также видеоклипы на оба этих сингла. Хотите релиз на 7-дюймовом виниле? Почему бы и нет, с "Shrinking Universe" на обратной стороне. Выпустить Maxi CD в некоторых странах, говорите? Нет проблем, сделаем коктейль из CD1 и CD2. Всё ещё жаждете большего? Как насчёт 12-дюймовой виниловой пластинки с ремиксами от Тимо Мааса (TimoMaas, немецкий музыкант, ди-джей и продюсер - прим. перев.) и Пола Окенфольда (Paul Oakenfold, известный британский транс-диджей, продюсер - прим. перев.), всего лишь две недели – и она у Вас в руках. Так как поклонники группы представляют собой довольно пёстрый контингент, то из уловки с мульти-форматом можно было бы выжать и больше, однако и такая тактика давала неплохие результаты. "New Born", занявшую 12 место в чарте, ещё на протяжении целой недели внедряли в сознание масс благодаря череде несерьёзных выступлений на телевидении, где «Muse» вновь предстали в своей разрушительной ипостаси. Они разнесли украшенные розами декорации на «CD:UK» (британская телевизионная музыкальная программа. Впервые была показана 29 августа 1998 года на канале ITV– Independent Television (в настоящее время ITV 1) - прим. перев.) в отместку за то, что их представил Ричи из британской мальчиковой группы «5ive» (ведущий Кэт Дили в шутку пригрозил им штрафом за нанесённый ущерб), потом они отправились в Лидс, где отыграли сет в Лидском Университете.
Протусовав там всю ночь, тут же вернулись в Лондон, чтобы, мучаясь от жуткого похмелья, сыграть "New Born" уже на «T4» (песня на половине была прервана титрами). Далее их ждало ещё одно выступление в Бристоле.
К тому времени как они добрались до «Pepsi Chart Show», это было как раз накануне выхода «New Born», им было уже настолько наплевать на всю эту телевизионную мишуру, что они решили «выступить» (по сути это было просто кривляние перед камерой) по-своему: Крис играл на ударных, Дом на басу, а Мэтт даже и не пытался делать вид, будто играет на гитаре, вместо этого он практически до самого конца песни висел, ухватившись за занавес, над усилителями. Нечто подобное повторилось и на «Live & Kicking» (молодёжная программа, транслировавшаяся каждую субботу на канале BBC с 1993 по 2001- прим. перев.), когда выступление было дополнено странными телодвижениями [я знаю, звучит тупо, но я видела это выступление… такое словами трудно описать], закончилось всё кучей-малой на полу сцены, которая чудом не превратилась в оргию.
Шла ли речь о серьезным бизнесе мировых гастролей или о новых проделках в телепередачах для подростков - "Muse" всегда были на коне... Однако мало кто мог тогда предположить, что перед стремительным взлётом, им предётся испытать болезненное падение.
***
Когда Мэтт прочитал сообщение, вначале он решил, что это очередная шутка Криса Мартина.
Так как «носовые фигуры» обеих групп (т.е. фронтмены; один из типичных примеров метафорически безумного стиля Бомона – прим. перев.) страдали от колких замечаний в прессе, называвшей их «подражателями Радиохед», Беллами и Мартин быстро нашли общий язык, завязалась близкая дружба. Мартин приезжал в Лондон, останавливаясь в квартире, которую снимали Мэтт, Дом и Том Кирк (так решился вопрос о том, как добираться домой в Девон после вечеринок, которые они устраивали в Лондоне для ограниченного круга друзей). Он проигрывал им демо-записи из будущего альбома «Coldplay» “A Rush Of Blood To The Head”, чтобы посмотреть на их реакцию. Мэтт был польщен, но думал, что сам он никогда не будет делать этого, хотя бы потому, что если кто-то начинал критиковать его демо, он готов был его убить. Но постепенно Мэтт перенял манеру Криса говорить гадости самым любезнейшим тоном, и поскольку в ироничности один другому не уступал, пара провела лето, обмениваясь язвительными шутками в смс-ках. Мэтт называл группу Криса «эта "Желтая" группа» (имея в виду сингл «Coldplay» 2000 года “Yellow”, мягко говоря, не обремененный смыслом; а также намекая на желтизну, попсовость их музыки - прим. перев.). Крис незамедлительно отвечал, обзывая Мэтта «Мистер Коротышка Помп-Рока». Такая «оскорбительная» словесная перепалка между эпик-роковыми Дереком и Клайвом (Derek & Clive — комические персонажи актеров Дадли Мура и Питера Кука, их шоу пользовалось огромной популярностью на британском ТВ в 70-е годы, пока на смену не пришли Стивен Фрай и Хью Лори – прим. перев.) могла продолжаться до бесконечности.
Поэтому, когда летним днем в Гайд Парке очередное интервью «Muse» было прервано телефонным звонком якобы от менеджера, сообщавшего, что одна из ведущих гитарных групп называет их «трибют-группой Радиохед», Мэтт ни секунды не сомневался, что это розыгрыш. Извинившись, он стремглав понесся в кусты, чтобы выяснить детали. Тем летом Мэтт сказал, что свой мобильный телефон с замечательным рингтоном «Rage Against The Machine» он выбросил в реку. Возможно, это произошло как раз в тот день, после новостей, которые он услышал.
Это была вовсе не шутка Криса Мартина. Слова, процитированные менеджером, принадлежали Келли Джонсу, вокалисту «Sterephonics». Трудно объяснить, на чем держалась популярность этой традиционно-роковой, занудной, а-ля «Oasis», группы, учитывая, что рынок для такой музыки фактически был уже мертв. Они выступали на одной сцене в некоторых американских шоу и фестивалях, однако не приходилось сомневаться, что «Strerophonics» были вымирающим видом, на смену которому приходила музыка «Muse», полная настоящей страсти и жажды жизни. На пресс-конференции по поводу предстоящих шоу «A Day At The Races'» — фестивалеподобной сборной солянке, где группа Джонса выступала в роли хедлайнеров (мероприятие должно было проходить на «Millennium Stadium» в Кардифе, но в связи с разразившейся в Уэльсе эпидемией ящура организаторам пришлось перенести шоу в Донингтон Парк, графство Лестершир), — Джонс заявил, что они пригласили «Muse» на разогрев, но их агент запросил за выступление 25.000 фунтов. «Они звучат как «Radiohead», мы не можем отдавать такие деньги за подражателей», — пошутил Джонс. С этого момента начался обмен «любезностями», ссора между группами с энтузиазмом была подхвачена музыкальной прессой.
«Я мечтаю быть таким же крутым, как он, — откровенничал Беллами, — и писать такие же идиотские тексты». «Это просто спермотоксикоз, ему надо больше трахаться», — парировал удар Джонс. «Забавно слышать такие вещи от группы, которая вроде хотела получить 1.7 миллиона за выступление в The Carling Weekend», — отвечал Мэтт, добавив, что мог бы выступить бесплатно, ведь во время американского тура ему показалось, что у них сложились нормальные отношения. Но теперь он согласится играть на одной сцене со «Stereophonics», только если они выложат 2 миллиона и собственноручно построят ему деревянный дворец. Мэтт был глубоко расстроен, Джонс радовался случаю засветиться в прессе.
По мере приближения фестивальных дат стали известны реальные обстоятельства дела: между концертными агентами групп произошло недоразумение; деньги были ни при чем, «Muse» в любом случае не могли бы выступить на этом мероприятии, так как эксклюзивный контракт с организаторами T in The Park и V2001 запрещал группе участвовать тем летом в любом другом крупном британском фестивале. Как бы там ни было, первый раунд открытой вражды в прессе оказался для Мэтта неожиданно болезненным. При том, что раньше вышибалы частенько выкидывали его из ночных клубов или обзывали придурком. Более того, через пару месяцев после этого события он направлялся на концерт в Асторию, и случайный прохожий, неведомо по каким причинам ищущий ссоры с самой хрупкой звездой, какую можно найти в мире рока, назвал его мудаком. Почти каждый раз, когда он садился за руль машины, одолженной у матери, ему приходилось сталкиваться с агрессивно настроенными автомобилистами. Однажды он неудачно припарковался, и водитель другой машины умышленно оцарапал ему крыло; Мэтт выругался, но был очень удивлен, когда респектабельный на вид мужчина средних лет вдруг вытащил монтировку и разбил ему фары. Сидя на водительском месте, Мэтт спокойно наблюдал за этой атакой. Он привык к насмешкам и угрозам и лишь смеялся в ответ.
Так же смеялся он и в ответ на выпады прессы. Например, когда “Sunburn” появился в телерекламе новой линейки компьютеров iMac от Apple (как сообщали, цена вопроса выражалась в пятизначной сумме), и группу обвинили в продажности. Но спланированный акт ненависти со стороны таких же, как он, ребят-музыкантов был выше его понимания. Если подумать, он мог бы принять нападки Джонса за профессиональный комплимент: в тесном мире рок-музыки растущее влияние «Muse» заставляло Джонса переживать, что они могут проколоть его доходный альбомно-ориентированный пузырь.
Спустя пару недель барабанщик «Stereophonics» Стюарт Кэбл подошел к Крису в немецком отеле, чтобы извиниться от имени Келли. Он объяснил, что в процессе продвижения альбома певец находился под влиянием сильного стресса, но к тому времени мысли «Muse» были уже слишком далеко, чтобы волноваться об этом. К тому же под огнем жесткой критики они начали чувствовать себя лучше, чем дома.
***
Мэтту Беллами — человеку с необычными ментальными процессами — было трудно слушать музыку. Он злился, когда музыка звучала рядом, по радио или на вечеринках, предпочитая натягивать наушники и «исчезать». Но больше всего он ненавидел, когда включали его собственную музыку. К лету 2001-го Мэтт прослушал «Origin Of Symmetry» в готовом виде всего несколько раз, и позже он чувствовал себя более чем неуютно, когда другие люди слушали альбом в его присутствии.
И в этом он не был одинок. “Plug In Baby” стала хитом в Британии, но американское радио зарубило ротацию этого трека, и ворчание в лагере «Maverick» становилось беспокойным, если не сказать больше. Они считали, что сингл был слишком театральным и напыщенным, что в нем было слишком много фальцета, что в этом альбоме не было ни одного сингла, ни одной песни, которую можно было бы предложить радиостанциям. В своих оценках лейбл зашел так далеко, что потребовал от группы, чтобы они перезаписали трек без фальцета. Ответ «Muse» был простым и исчерпывающим: «Пусть эти уроды засунут его себе в задницу». Но давление со стороны лейбла продолжалось, они хотели сделать свой ремикс или даже заставить группу перезаписать весь альбом, что привело к еще большим трениям. Хотя Мэтту все-таки не стоило говорить, отвечая на вопрос журналиста, что за 18 месяцев сотрудничества с ее лейблом он все еще не встречался с Мадонной, но может быть, когда он продаст 10 миллионов альбомов и накачает торс, как у Рики Мартина, она сделает ему минет. Группа, оскорбленная требованиями кромсать свою музыку ради ротации на радио*, наотрез отказалась идти на компромисс, и «Maverick» подвел итоговую черту, отказавшись выпускать «Origin Of Symmetry» в Соединенных Штатах. Фактически, не считая нескольких встреч по урегулированию договорных вопросов, «Muse» больше не имели с этим лейблом ничего общего. Серж Танкян из «System Of Down» предложил лицензировать альбом на своем собственном лейбле «Serjical Strike», но попытка не удалась; штатовский релиз «Origin…» был отложен на следующие пять лет, а брат Мэтта так и не получил автограф Мадонны.
* Однако им все же пришлось согласиться, чтобы 6-минутная “New Born” в радио-версии была обрезана на 90 секунд.
Каждый, кто слышал «Origin Of Symmetry», может смело назвать «Maverick» идиотами, упустившими свой шанс. Альбом, вышедший в Великобритании 17 июля, собрал удивительно теплые отзывы большинства изданий. NME, отдавая дань их амбициям и страстности, изобретательности и совершенству их нео-классического рока, наградило «Origin…» рейтингом 9 из 10. Наконец обозреватели начали забывать Радиохед-эпитеты и стали находить группу имеющей гораздо больше сходства с Джеффом Бакли, Жаком Брелем или персонажами британского научно-фантастического сериала «Доктор Кто», чем с Томом Йорком. Пока интернет-обозреватели (кажется, считающие себя последним бастионом научной фантастики) увлеченно обсуждали идею альбома, мейнстримовая музыкальная пресса, как водится, начала расхваливать дебютный альбом группы с одной лишь целью — проверить их на прочность, выискивая недостатки во втором. Но, должно быть, для Мэтта весь негатив перечеркнула рецензия обозревателя «Kerrang!», назвавшего гитарное соло в “Hyper Music” достойным Тома Морелло.
Критики отмечали более цельную концепцию «Origin…» по сравнению с «Showbiz». То же можно было сказать и об обложках. В попытке визуализировать космическую симметрию, отраженную в текстах песен, «Muse» попросили 12 художников придумать рисунок для обложки, основываясь только на названии альбома. Им хотелось, чтобы рисунки были радикально разными, но связанными с теорией об 11 измерениях, набором случайных образов, имеющих одинаковое происхождение.
Титульная обложка родилась из работы Уильяма Эгера, нарисовавшего бесплодную белую пустошь (типа ландшафтов, которые Мэтт видел в своих галлюцинациях) с расставленными в определенном порядке огромными металлическими антеннами, напоминающими ворота для регби. Среди других работ было два рисунка Даррена Гиббса: очередь из роботов-дронов, которая втягивается в белый куб, изображающий некую инопланетную фабрику; богиня Иштар, окруженная небрежно нарисованными танками, самолетами, терпящие крушение, террористами с оружием в руках и перевернутыми полицейскими машинами (не очень понятно только, чем древняя религия повинна в ужасах сегодняшнего дня). Абстракция Лео Маркантонио в красном, белом и черном тонах была удивительно похожа на обложку будущего альбома «Coldplay» “X&Y”. Тони Оладипо 
нарисовал роботов-музыкантов, играющих для банды дерущихся людей. И кроме этого: вторжение веселых оранжевых инопланетян на фоне Токио 70-х годов от Батча Гордона; разрушенная дискотека на фоне индустриального пейзажа от Тима Берри; отражение самолета-истребителя в зеркале заднего вида другого самолета с подписью «ОБЪЕКТЫ БЛИЖЕ, ЧЕМ ОНИ КАЖУТСЯ» от Саймона Илиса; непонятные сюрреалистические попытки Мерилина Патридина. И, наконец, рисунок Дэвида Круикшанка, который в итоге стал обложкой сингла “New Born”. Хотя каждая работа была уникальна в своей интерпретации, вместе они создавали впечатление мира, заполненного страхом, терпящего крах, где каждый был погружен в тяжелую монотонную работу. Это название из трех слов, похоже, стало источником идей не только для группы, но и для художников.
Во время подготовки к своему второму летнему фестивальному туру «Muse» получили известия, что их второй альбом не только попал в Топ-40 (куда так и не попал «Showbiz»), но и через неделю после релиза оказался на третьей строчке британских чартов, подойдя к отметке продаж, которой «Showbiz» смог достичь лишь через четыре месяца. Благодаря своей неспособности отвечать отказом на любое предложение о концертах, в 2000-м они объездили 57 фестивалей. В этом году они собирались выбрать более размеренный темп: отыграть 19 концертов между июнем и сентябрем, начиная с двух выступлений в Брикстоне и двух шоу в Ирландии в рамках фестиваля Heineken Green Energy Show. Затем швейцарский Sound Arena Rock Festival и их второе появление на BBC Radio 1 24-го июня в программе «One Big Sunday». После катастрофы, устроенной ими в прошлом году в Ипсвиче, этот сет из двух песен — в манчестерском Heaton Park, рядом с такими, как Жан Вайклеф и Ашер — слава богу, игрался живьем. Зрители прекрасно приняли “Plug In Baby”, и восторг стал еще больше, когда во время “New Born” над толпой полетели надувные шары. Закончив свое выступление в 4 часа пополудни, группа бросилась в Лондон, чтобы в тот же день отыграть “Bliss” в студии Abbey Road для радио BBC Choice.
***
Затем фестивальный водоворот затянул их с головой, в пяти фестивалях по всей Франции они тасовали сет-лист, начиная от "Citizen Erased" до "Bliss", увенчанной шарами. Les Folies De Maubuege в Лилле, Les Insolents в Кемпере, Le Rock Dans Tous Ses Etats в Эврё, Mimes' Antic Aren в Ниме и наконец, La Route De Rock в Сен-Малу, который был отмечен финальным разгромом, ставшим почти легендарным: Мэтт швырнул свой красный «Iceman» в толпу перед сценой, а Крис регби-захватом повалил Дома на его разрушенную ударную установку. По пути они приняли участие в Werchter и Pukkelpop в Бельгии, в германском Haldern Festival, в голландском Lowlands, в Independent Days в Болонье, Италия, и в Шотландии на T In The Park, с трудом поделив там гонорар со «Stereophonics». Отыграв два шоу в Осаке и Токио, они задержались в любимой ими Японии еще на неделю для посещения синтоистских храмов, где Мэтту, известному мастеру святотатственных безобразий, показалось очень смешным брызгать святой водой в лицо Дому.
.
«Origin…» медленно, но верно продвигался к самым вершинам чартов, поэтому в путешествии царила жизнерадостная и праздничная атмосфера. Кульминацией стали фестивальные сеты «Muse» V2001 на площадках Стаффорда и Челмсфорда, где они были хедлайнерами на второй сцене, а на швейцарском фестивале Winterthur оказались лидерами по продажам билетов. Чувствуя, что наконец им удалось прорваться в Высшую Лигу, «Muse» достигали также пика в своих дурачествах и разрушительности: на V Дом посреди белого дня завладел закулисными баггами, которые использовались для перевозки групп из гримерных, находящихся в переносных домиках, до сцены и обратно, и кругами гонял на них за сценой как ненормальный, сбивая на своем пути столы, накрытые напитками. Что касается самого фестиваля, был момент, когда «Slipknot» выходили играть, а «Muse» при этом стояли за кулисами (они заметили море футболок «Slipknot» на своих шоу — признак того, что «альтернативный» контингент подростков-металлистов проявлял к ним такой же интерес, как и инди-рокеры). По пути на сцену вокалист Кори Тейлор остановился прямо перед Домом, чтобы испустить жуткий рев примата, Дом от смеха сложился пополам, а после концерта спер фирменную маску Кори Тейлора, чтобы потом постоянно пародировать его. Возможно, Дом хранит эту маску до сих пор, хотя вряд ли она была особенно популярна на их маскарадных вечеринках.
Muse - Sit The Fuck Down (Hullaballo Funny Scene)
Когда фестивальный сезон подошел к концу, 20 августа «Taste Media / Mushroom» закрепили успехи «Muse» в летних чартах, выпустив "Bliss" вторым синглом к «Origin…» после "Plug In Baby" — выбор был очевиден, так как эта песня была любимым живым номером, во время которого шары взрывались над толпой. К этому времени окончательно определился формат 2-дискового издания: в него вошло музыкальное видео и "making of". Это была еще одна работа Дэвида Слейда, в которой Мэтт с малиновыми волосами падает сквозь центр футуристичной искусственно созданной планеты и, вылетев с ее обратной стороны, удаляется к границам вселенной и растворяется в тумане.* Коробочное издание вдобавок включало в себя лайв-версии "Screenager" и "New Born" (с сессий в Paradiso и BBC Maida Vale, соответственно) и два новых трека: синтезаторно-терменвоксовый инструментал "The Gallery" (возможно, пародия на низкопробную синтезаторную музыку, которая использовалась в детской образовательной программе «Take Hart» как заставка к рубрике под аналогичным названием) и акустическую переработку "Hyper Music", получившую название "Hyper Chondriac Music". Номер 19 в Британии — впечатляющее положение для третьего сингла из альбома — его продвижение в чартах было отмечено «Muse» возвращением в Лондон, чтобы получить свою уже вторую награду как Best British Band согласно рейтингу Kerrang!. При этом журнал сообщил, вложив в это изрядную долю юмора: принимая во внимание сценическую и оперную составляющие их последнего материала, они договорились, что награду им отдаст Брайан Мэй, а в колонках при вручении будет звучать квиновская "We Will Rock You". Однако сравнение с «Queen» вовсе не казалось группе насмешкой; Мэтт, безусловно, предпочел бы подражание гипер-вещественной сценической личности Фредди Меркьюри, чем любой занудной гитарной группе, устало плетущейся неподалеку от них в Высшей Лиге инди-музыки.
* Это видео было снято при помощи масштабированных макетов и строп, в которых болтался Мэтт; совершенно без использования компьютерных спецэффектов, как полагали многие.
Muse - Bliss (Official Music Video)
Дальновидные журналисты начали проявлять гораздо больше внимания к этим типичным девонским лузерам — превратившимся в сумасбродно-волосых-научно-фантастических-психов-музыкантов. В связи с их восхождением до TОР-10 и стремительно распространявшимися слухами о гедонистических вечерниках в их турах суета прессы вокруг «Muse» к сентябрю возросла десятикратно, при этом всплывала масса мельчайших подробностей из жизни группы. Они заявляли, что после прослушивания огромного количества самой разной музыки на «Origin…» им удалось переступить сдерживающие их границы, после студийных сессий с Джоном Леки их часто представляли как классическую группу подобную Капитану Бифхарту.
Дом шутил, что когда Мэтту нужно взять особенно высокую ноту, он бьет его по яйцам, хотя Мэтт заверял, что гораздо больше этому способствуют небольшой объем его легких и маленькие голосовые связки. Мэтт был потрясен тем, что незнакомые люди почитали за счастье пожать ему руку. Криса это совершенно не беспокоило, время от времени он был не прочь поиграть в знаменитость. Мэтту хотелось ходить на концерты классической музыки, но он никогда не мог достать билеты, так как читатели «Guardian» выкупили их на 10 лет вперед, да и в любом случае у него не было подходящей одежды (он носил шелковые сорочки, сшитые для него на заказ в Японии). Худшими привычками Мэтта были его бесконечные расхаживания по комнате туда-сюда и легкие проявления синдрома Туретта. Крис любил выпить, а по утрам он всегда умудрялся выглядеть как плюшевый мишка. Мэтт ненавидел «нормальность», ненавидел делать то, что делают обычные люди, ему хотелось чувствовать себя исключительным. Что касается музыки, Крис был увлечен металлом и «The Beach Boys», Дом предпочитал «Buddy Miles» и «The Aphex Twin», а Мэтт в то время слушал новый альбом «Weezer». Всем им нравились «dEus», которые могли впихнуть все, что угодно, от блюза до диско, в один трек. Мэтт создавал музыку для того, чтобы оставить что-то после себя, когда он умрет. Почти все песни в «Origin…» были связаны с какими-либо изменениями и переходами из одного состояния в другое. Мэтт умышленно растерял всех своих друзей и расстался со своей девушкой* — это было частью очищения, необходимого для развития его личности. У Криса был целый склад обуви, которой кидали в него на сцене. Если они хотели продать миллион дисков, им следовало бы сделать «Origin…» акустическим альбомом. Вопреки распространенному мнению Мэтт не испытывал душевных мук; на самом деле музыка заполняла все его существо. Крис никогда даже не думал следовать примеру своих товарищей по группе и переезжать в Лондон, так как ему хотелось «наблюдать, как растет его мальчик». Мэтт серьезно подумывал о создании культа, чтобы привести своих последователей к массовому самоубийству (это шутка).
* После разрыва Мэтт больше никогда даже не разговаривал со своей девушкой.
Еще одна из безумных теорий Мэтта возникла в сентябре. Говоря о пространстве, он сравнивал человечество с червяком, ползущим по листу бумаги (образ, взятый из «Элегантной Вселенной» – книги Брайана Грина, опубликованной в 1999 году, который он использовал, чтобы проиллюстрировать существо, способное осознать только два измерения). Он говорил, что он может связываться со своими прошлыми личностями при помощи медитации. Он не раз повторял, что мозг способен впитывать личностные качества других людей; что мы передаем часть своей души или энергии каждому человеку, которого мы встречаем. Также он рассказывал о мистических катакомбах в Ираке, где, он уверен, можно найти стародавние таблички, написанные на древней разновидности компьютерного языка, и звездные карты, и любому, кто сможет завладеть ими, откроется истина о существовании человечества. Он утверждал, что нас посещали пришельцы с 12-й планеты Нибиру — это огромная горячая планета, которая вращается вокруг солнца по эллиптической орбите с периодом 3200 лет, а ее обитатели обладают супер-знаниями о внеземной жизни. Когда она оказывается достаточно близко к нашей планете (это происходит приблизительно один раз за 200 лет, а затем она снова начинает быстро удаляться от Земли), нас посещают пришельцы. На самом деле человеческая раса была создана этими инопланетянами клонированием, когда они смешали свои гены с генами обезьян или неандертальцев во время пятого посещения 300 тысяч лет назад, чтобы создать на Земле подконтрольную себе расу существ для добычи полезных ископаемых — в результате мы используем всего лишь пятую часть нашего мозга и именно этим объясняется то, что в людях постоянно конфликтуют высшее сознание и животные инстинкты. Эту идею Мэтт почерпнул из «12-й Планеты» Захария Ситчина — писателя, который 20 лет назад был главным советником Колина Пауэла. Мэтт признавался, что книга показалась ему очень скучной, и он прочитал только две или три главы, придумав остальную часть истории самостоятельно.
Научная фантастика, случайный треп и заметки из дайджестов — для них это было невинное время, когда подобные вещи были интересны, это было непритязательное время, пока еще не появились более важные заботы о том, как захватить земной шар. Спустя всего неделю после интервью предсказание Мэтта, что нам следует бояться не конца света, а того, что способны сотворить с миром люди, стало трагической правдой.
***
Конечно, в отдаленных уголках западного общества и в артистической среде было достаточно людей, которых события 11 сентября 2001-го едва коснулись, но «Muse» оказались ближе, чем многие.
10 сентября «Muse» находились в Манхэттене, выступая в большом концерте в «Mercury Lounge» (один из самых известных ночных клубов в Нью-Йорке – прим. перев.). Это было частью их короткого US-тура, организованного по распоряжению «Maverick» (они как раз затеяли тяжбу по поводу релиза «Origin Of Symmetry», с криками, что группа должна выполнять свои обязательства перед страной, которая подписала с ними контракт первой). Сразу же после концерта группа упаковалась и той же ночью вылетела в Бостон. Если бы они заказали билеты на следующее утро, то когда самолеты врезались в здания, они, конечно, все еще находились бы на Восточной Стороне в нескольких милях от «Ground Zero» ("Нулевая отметка" - название части Манхэттена на месте небоскребов Центра Международной Торговли и соседних зданий, разрушенных в результате террактов 9/11 – прим. перев.).
Из-за того, что все воздушное сообщение через Штаты прекратилось на три дня, «Muse», отыграв концерт в Бостоне, на некоторое время застряли там и были свидетелями стремительно нараставшего страха, неконтролируемой паранойи и разговоров о Войне Против Террора, которые в ту неделю охватили Америку с такой страстью, что все еще не утихают по сей день. Для Мэтта это стало доказательством того, что его предчувствие было правильным: страх, заложенный в подсознание общества, нашел для себя выход в трагедии, и теперь мир дрожит перед скрытой угрозой, исходящей из пещер Аль-Каиды и зданий Американского Сената в равной степени. Любопытство Мэтта и его недоверие к большинству средств информации привело к тому, что последующие месяцы и годы он прочесывал интернет в поисках скрытых деталей, при этом заинтересовавшись конспиративными теориями, связанными с террористическими атаками. Заявление, что паспорт одного из воздушных пиратов выжил в таком аду, где расплавился даже черный ящик из самолета, казалось нелепым; слухи, что шестеро из предполагаемых налетчиков были все еще живы, заинтересовали его; отсутствие независимого расследования стало для него сигналом тревоги. В целом идея, что настолько сложная операция была разработана организацией с таким примитивным уровнем технической оснащенности, как Аль-Каида, а не хорошо подготовленными группами людей, которые находились в боевой готовности, чтобы заработать огромные суммы на последующих войнах, казалась Мэтту слишком неправдоподобной. Кто в реальности стоял за этим, что на самом деле об этом было известно Соединенным Штатам заранее, как и почему это случилось на самом деле? Это событие, окутанное тайной, с предвзятой подачей информации и скрытыми политическими планами, с противоречиями и полуправдой, обострило его подозрения, что масс-медиа занимаются промыванием мозгов, он не верил в те новости, которые ему сообщали. Его мысли повернулись от галактики к политике, и эти размышления не могли не оказать глубокого влияния на последующий материал «Muse».
Первая реакция группы на трагедию была так же беспорядочна, как и у остальных, но когда им не удалось улететь из Бостона для продолжения своего американского тура, они решили не терять времени даром — нашли в городе студию и записали там демо двух новых треков, отлично продемонстрировавших обострение в их глобальных чувствах. Короткая, язвительная и прилипчивая "In Your World" окрасилась в сочувственные тона в унисон с траурным настроением той недели: "In your world / Nobody's dying alone" («В твоем мире / Никто не умирает в одиночку»), — пел Беллами, обращаясь к жертвам 9/11 в песне, которая могла легко сойти за одну из его трагических историй о неудавшихся отношениях (однако в ней было, безусловно, намного больше оптимизма, чем в большинстве пост-9/11 трибютов). Однако тон жесткой RATM-оподобной "Dead Star" стал уже скорее обвинительным, лирика была сфокусирована на истерии, охватившей Америку в ту неделю и на лицемерии американцев, обвинявших другие страны, не признавая при этом собственной вины: "Shame on you for thinking you're an exception / We're all to blame / Crashing down to Earth / Wasting and burning out / Fading like a dead star / Harm is coming your way" («Стыдись своих мыслей, что ты исключение / Мы все виновны / Обрушиваясь на землю / Опустошая и сжигая / Затухая как погибшая звезда / Ты сеешь зло на своем пути»). Песня звучала почти как приговор, Мэтт насмехался над Америкой за то, что она не замечала потенциальных результатов своей международной политики, отражающей вопиющий идиотизм и жажду наживы, чему он сам был свидетелем в Вудстоке. Очень смелые заявления, и хотя после того, как они побили горшки с «Maverick», «Muse» не очень волновало, что будет думать о них Америка, им все же хватило здравого ума не выпускать эти песни еще в течение девяти месяцев.
Через две недели, когда «Muse» наконец удалось выбраться из Америки, я в очередной раз присоединился к ним в том месте, которое всегда считалось теологически противоположным Штатам — в Москве, и обнаружил, что они не только не отягощены ярмом всемирной скорби, но пребывают в радостном настроении. Мэтт провел время перелета из Лондона, убеждая остальных членов группы, что страх — самое худшее; записи «Muse» в России почти не продавались, и Мэтт был убежден, что им предстоит играть в совершенно равнодушной или даже враждебной атмосфере всего для нескольких сотен человек. Но российский музыкальный рынок обманчив: в основном это черный рынок, и группы могут иметь там огромную фан-базу, несмотря на то, что они продали очень мало записей; продажи альбома тиражом 100 тысяч означали, что приблизительно в три раза больше было продано пиратских копий. Это был плюс. Отмена многих международных рейсов в связи с 11 сентября, это также касалось и гастрольных туров, означала, что их визит ожидался с крайним возбуждением. Там, где «Muse» ожидали увидеть людей, недоуменно пожимающих своими медвежьими плечами, они обнаружили восторженное столпотворение. Первые признаки этого появились тем же полуднем во время фотосессии на Красной Площади. Никто не знал, что Мэтт, Дом и Крис должны были быть там в это время, но уже через 10 минут после первой фотовспышки вся молодежь до 25 лет на площади узнавала их, и фотосессия закончилась стремительным преследованием на автомобилях. А концерт поставил жирную точку. Это не было выступлением в клубе на 100 человек, шоу проходило в 10-тысячном «Дворце Спорта Лужники», большом спортивном комплексе, который размещался в полуразрушенном старом здании на окраине города. Охваченный легендарным приступом Мьюзомании, весь зал бешено ревел и прыгал, кроме привлекавших внимание своим присутствием охранников из службы безопасности, они контролировали соблюдение ненормальных правил концерта (например, вооруженный человек задержал фанатов в зале на 15 минут после того, как группа покинула сцену).
И после шоу обстановка была абсолютно сумасшедшей: мы продирались сквозь буйную толпу от дверей на сцену до машин, готовых умчать нас в центр города для поздней выпивки в VIP-зале ночного клуба, принадлежащего мафии (оснащенного металлоискателями на входе). Все происходящее очень напоминало битломанию в самом разгаре, как ее описывали. А вечеринка той ночью в комнате Дома больше всего была похожа на конкурс, проводимый среди мирового шоу-бизнеса, по запихиванию в номер отеля максимально возможного количества пьющих водку девушек. В комнате действительно было так тесно, что Мэтт сбежал в коридор, где рисковал быть задавленным девицами, которые парами носились по коридорам отеля — для чего, мы могли только догадываться.
Россия, как выяснилось, была второй Японией, «Muse» даже не пришлось прилагать усилий, чтобы оказаться здесь среди лучших новых групп десятилетия.
***
Вернувшись той осенью в Европу, «Muse» достигли зенита на нескольких фронтах.
Это был зенит в продажах: через четыре месяца после релиза «Origin…» добрался до отметки 200 тысяч копий, таким образом обогнав высшее достижение «Showbiz» в 180 тысяч (хотя по сведениям некоторых источников продажи «Showbiz» по всему миру составляли уже несколько миллионов), и быстро приближался к тому, чтобы стать в Британии платиновым (300 тысяч).
Это был зенит их настроения, самый радостный год для «Muse», приближавшихся к завершению тура вместе со своими захватывающими шоу в Британии, Бельгии, Франции, Испании, Италии, Австрии и Германии, и не было никаких признаков, что команда теряет форму. "In Your World" и "Dead Star" впервые были исполнены под восторженные крики в Плимутском Павильоне и стали постоянными концертными фаворитами на весь остаток года. "Dead Star" обычно начиналась с жуткого вступительного номера Тома Уэйтса в жанре spoken-word "What's He Building?" — рассказа о таинственном самодельном убежище соседа, состоящего из разговоров о ядах и циркулярных пилах, глухих стонах и формальдегиде.
В некоторых шоу Мэтт разбрасывал на сцене лепестки роз из рукавов своих шелковых японских рубашек. А в 6-тысячном спортивном комплексе «Palavobis» в Милане группа оторвалась, поливая зрителей шампанским в конце шоу, после чего они смылись продолжать представление в виде странных художественных инсталляций из полуголых окутанных голубым неоном ламп людей, с прикрепленными к ним цепями, за которые предлагалось тянуть гостям вечеринки. Идея маскарада была доведена группой до экстрима, до абсурда, они чувствовали себя на грани нового величия и им хотелось развлекаться на полную катушку; но вообще-то маски к тому времени были вытеснены инновационными шляпами: новый голубой хайер Дома был запихан под ковбойскую шляпу, Крис носил соблазнительное сомбреро, а Мэтт добыл для себя французский полицейский шлем, укомплектованный маскировкой, из тех, что используются для подавления уличных беспорядков.
А еще были французские зениты — сеть залов, в которых «Muse» выступали в Лилле и Монпелье на пути к двум вечерам в 7-тысячном комплексе «Zenith» в Париже.
Парижские шоу в Zenith стали вехой в карьере «Muse». Площадки, на которых они играли до этого, неуклонно росли, время от времени они оказывались то хедлайнерами на фестивалях, то в других неожиданных местах (в Москве, например), но эти концерты 28-29 октября (на которых за два вечера побывало более 14-ти тысяч человек) и лондонское шоу в 12,5-тысячной Docklands Arena, запланированное на ноябрь того года, стали их первыми осторожными шагами на арены, попыткой примериться к размерам больших ангаров. Всем, кто наблюдал со стороны, казалось, что они просто рождены для того, чтобы стать стадионной группой, но для самих «Muse» это было преодолением себя; когда выяснилось, что французские шоу распродаются стремительно*, им захотелось задокументировать это. Так возник план организовать съемку на одном из их первых аренных шоу. Они считали, что Docklands Arena недостаточно гламурна, к тому же они хотели оказать честь Франции как территории, где состоялся их первый «разрушительный» концерт (и которая расхватывала билеты на шоу в Zenith как горячие пирожки), в результате было решено снимать оба концерта в Zenith, чтобы затем скомпилировать их в свой самый первый ДВД-релиз.
* Билеты на шоу в Docklands Arena не были проданы полностью, что уязвляло растущее самолюбие группы.
Причем это должен был быть неординарный ДВД: «Muse» были уверены, что их живая работа не менее важна, чем их записи, и они не собирались выпускать ширпотреб, поэтому предполагалось использовать 28 камер, предоставленных продакшен-компанией «Mission TV», которые будут летать по всему залу, в сочетании с революционными визуальными эффектами. И это должно было быть необычное шоу: разрабатывая концепцию для своих первых концертов на аренах, «Muse» считали необходимым установить большие экраны, во-первых, чтобы отображать визуальное сопровождение к песням (хотя это были очень незатейливые видео по сравнению с более поздними шоу — кружащиеся звезды и образы, вперемешку с изображением группы, идущим из камер), а во-вторых, чтобы фанаты, стоявшие в задних рядах, могли видеть лица членов группы. Занимаясь подготовкой шоу, они рассматривали различные идеи использования осветительных эффектов, включая появление огромных теней на заднике, прежде чем «Muse» выйдут на сцену, при этом Мэтт предложил, чтобы они пролезли на сцену сквозь большие экраны, на что ему было сказано, что учитывая стоимость полотна, из которого изготовлены эти экраны, идея просто ужасна. Но конечно, для его непослушной натуры любые запреты звучали как вызов, и когда в финале второго вечера сценическое безумие достигло своего пика, Мэтт пробил ткань ближайшего экрана грифом гитары, разорвал дыру побольше и нырнул в нее, случайно намотав весь экран вокруг своей шеи, получилось похоже на громадное жабо.
Muse - Megalomania (Live at Zenith, Hullaballo DVD)
Выступления в Zenith наглядно продемонстрировали тот факт, что «Muse» развились в одну из самых перспективных рок-групп Британии, что они по праву заняли место среди групп, выступающих на аренах. Под пугающе-бесстрастные звуки Уэйтса на заднике вспыхивали 20-футовые стробоскопические силуэты Мэтта, Дома и Криса, а затем "Dead Star" взрывалась сногсшибательным RATM-овским риффом, сцену яростно атаковали прожекторы, высвечивая Мэтта, своими волосами-шипами напоминавшего панка-марсианина, и камера, закрепленная на корпусе гитары, показывала филигранную работу его пальцев. На протяжении обоих концертов «Muse» проявили себя как превосходные рок-шоумены: Мэтт непрерывно то крутился, то бился в судорогах, он прыгал как кролик или принимал позы Призрака Оперы под звуки органа в "Megalomania", он швырял гитары и разбивал их об усилители под "Uno" и "Agitated", во время секции с мегафоном в "Feeling Good" разбрасывал цветные ленточки из рукавов, а в "In Your World" виртуозным тэппингом играл вступительное соло, не коснувшись струн медиатором. Дом, палочных дел мастер, для "Screenager" использовал ксилофон из костей, а Крис, когда он не был занят сложными басовыми партиями, играл на гитаре арпеджио в "Unintended", одновременно управляя синтезатором при помощи ножных педалей.
| <== previous lecture | | | next lecture ==> |
| Muse - Feeling Good (Live at Radio 3) | | | Muse - Plug In Baby (Live at Zenith, Hullaballo DVD) |