Злословие о товарах

Как одному человеку нельзя произносить лашон-ара, так нельзя это делать и двум сразу. Более того, двое совершают грех более серьезный, чем один, поскольку слушатели более доверчивы к тому, что исходит от нескольких людей, нежели от одного. Срабатывает механизм убеждения. Причем неважно, говорят оба одновременно или один повторяет за другим через некоторое время. Во всех случаях второй виноват не меньше первого - даже если он не добавляет ни одного слова к рассказу первого нарушителя. Повторение может только углубить и обострить неблагоприятное впечатление у слушателей.

Отметим еще одно обстоятельство. То, что два человека не могут передать другим о третьем человеке, они не могут сделать предметом обсуждения между собой. Пусть они видели одну и ту же сцену. Добавить к тому, что видел каждый из них, они не могут. Но вероятность того, что их обсуждение обернется рядом высказываний, позорящих честь третьего лица, очень велика.

Наш знакомый, которого зовут Лёня, известен своим эгоизмом и отсутствием чуткости. Аркадий делится с Ильей: "Лёня никогда не думает ни о ком, кроме своей драгоценной персоны". В беседу вступает Григорий, тоже пострадавший от эгоизма Лёни. Он говорит Илье, что готов подписаться под словами Аркадия, и добавляет от себя: "Поверь, никогда не встречал более неприятную личность".

Заметьте, Григорий не сообщил Илье ничего нового, но, тем не менее, он виновен в произнесении лашон-ара.

Маленькая Рохл мучается у классной доски. Учительница задала ей вопрос, но она, судя по всему, плохо подготовила урок и не знает, что отвечать. "Ну разве не дура?" - шепчет Наоми своей соседке по парте Мире.

Мира все видит не хуже Наоми. Последняя не имеет права делать подобный комментарий в адрес бедной Рохл.