Muse - Can't Take My Eyes Off You (Live at BBC Show Re:Covered)

Несмотря на «расслабляющие» месяцы, проведенные ими в Брайтоне, их сценический запал не ослабевал. Пятого мая они стали первой группой, распродавшей все билеты на Dublin Castle в Дублине — место, некогда бывшее тюрьмой, затем официальной резиденцией Вице-короля Англии, а ныне ставшее площадкой для проведения зрелищных мероприятий, которую Heineken Green Energy Festival арендует для своих шоу, приуроченных к майским праздникам. Это выступление группы ознаменовалось легендарным скольжением Мэтта на коленях через всю сцену, длинными фортепианными импровизациями, а также тем, что Крис тогда вдребезги разбил свой бас.

Побывав в роли знаменитостей на двух немецких фестивалях (Rock Am Ring в Нюрбургринге и Rock Im Park в Нюренберге) и голландском Pinkpop, «Muse» во второй раз приехали в Россию, чтобы отыграть на фестивале трюков (Stunt Festival) в московском спорткомплексе «Крылатское». Это была поездка, о которой спустя год Мэтт пространно рассказывал в The Guardian. В свое время «Muse» доводилось играть на фестивалях с самыми странными названиями — Insolent Festival (высокомерный, наглый, странный), Bizarre Festival (неестественный, ненормальный, странный), Two Days A Week (двухдневная неделя) в Австрии, — но в этом случае соответствие названия было полным. Фестиваль трюкачей был днем московских безумцев, представлявших самые нелепые трюки: прыжки на машинах в реку, гонки на тележках и тракторах по грязи и езду на мотоциклах внутри металлических сфер. «Muse» были единственной группой, выступавшей в этот день, стараясь не уступать в безумии остальным участникам действа, они включили в сетлист все новые песни (“Hysteria”, “The Small Print”, “Apocalypse Please”) плюс инструментальную версию “Stockholm Syndrome”. Группе нравилось играть эти вещи, они значительно усиливали эффект старого репертуара. Буйство и дикие выходки на сцене сменялись виртуозной помпезностью, и теперешний 90-минутный сет «Muse» состоял из настоящих рок-хитов.

Помимо выступления, в России их встретило много других вещей, не менее удивительных, чем сам фестиваль. Студия российского MTV, где проходило интервью, мало походила на сияющие современные студии MTV в большинстве стран — крошечный павильон в стиле бюджетных каналов цифрового ТВ. На пресс-конференции в отеле Мэтт ожидал услышать вопросы о русских композиторах, таких как Рахманинов или Чайковский, или о том, каким образом «Muse» удается соединять в своей музыке русскую классику и рок. Вместо этого их расспрашивали об их сходстве с «Yes», «Rush» и «Queen» — прог-рок-группах 70-х, Мэтт их почти не знал, но эти сравнения он воспринял, как знак своего личного умения произвести эффект и завести толпу. К слову, большинство британских групп в то время находили европейские фестивали скучными и снисходили до них намного реже, чем «Muse».

После фестиваля «Muse» болтались по трешевым ночным клубам, где после каждой песни музыку останавливали для того, чтобы ведущий мог провести конкурсы среди посетителей с призами в виде водки. На следующий день они отправились на север, в Санкт-Петербург, где дела обстояли еще более мрачно: в день прибытия милиционер угрожал Мэтту пистолетом за свист на улице. Они попросили своего русского гида повести их в более «андеграундный» клуб, чем те, что они видели в Москве. В результате вечером того же дня группа и сопровождающие постучали в тяжелую металлическую дверь бывшего бомбоубежища. Огромный вышибала вначале не хотел их впускать, но когда ему объяснили, что это известная британская группа, дверь распахнулась и моментально закрылась за их спинами. Они оказались в грязном подвале, где кругом валялись шприцы, а наркоманы за столиками в открытую кололи себе героин. «Muse» посидели и немного выпили, прежде чем сбежать в стрип-бар, который в недалеком прошлом не раз посещал Мерилин Мэнсон.

На следующий день ошарашенные и сбитые с толку «Muse» играли перед 3.000 подростков в Ленинградском Дворце Молодежи - помещении, похожем на школьный актовый зал. Они добавили в свой сет-лист инструментал “Butterflies & Hurricanes”, а также пятую новую песню, позже названную “Get A Grip”, но в итоге мы знаем ее как “Fury”. Инструментальная версия этой атмосферной, наводящей на тяжелые размышления песни впервые была сыграна живьем еще в феврале 2000-го, но теперь этот эффект заметно усиливался антирелигиозной, полной сарказма лирикой Беллами: "And we'll pray that there's no God / To punish us and make a fuss" («Так помолимся, чтобы не было Бога - ни наказывающего, ни пекущегося о нас»). Обстановка за сценой после шоу была такой же непонятной и пугающей, как и героиновый клуб прошлой ночью: 50 девушек стеной стояли под гримеркой «Muse», отрезав группе всякие пути к отступлению. Одна девушка подарила Мэтту картину маслом, которую она писала в течение 5 месяцев. Это было ужасное изображение обнаженного костляво-тощего Мэтта с сидящими на плечах птицами и с бьющимся жилистым сердцем, зажатым в паху. Картина настолько поразила Мэтта, что он почувствовал необходимость выйти из гримерки на балкон, чтобы вдохнуть свежего воздуха - и немедленно бросился обратно, напуганный визгом десятка девушек внизу, выкрикивавших его имя. Наконец ночью им удалось покинуть это место. Мэтт надеялся, что картина осталась где-то в отеле и забудется как страшный сон, но в аэропорту он увидел, что Дом повсюду таскает ее с собой и демонстрирует посторонним людям, ожидающим своих рейсов.

* * *
В недели свободные от участия в летних фестивалях «Muse» были заняты просмотром видео, отснятого в «Zenith», и разработкой концепции DVD, название которому они уже выбрали — «Hullabaloo» (гам, гвалт, гудение, гул; крик, шум; шумиха в прессе). У группы были собственные идеи насчет DVD, поэтому они сообщили «Taste Media», что дадут свое согласие на этот релиз только в том случае, если смогут сами принимать участие в его создании. Затем группа погрузилась в процесс со всей своей креативностью, обращая внимание на каждую деталь, на которой впоследствии будет стоять их логотип, просматривая каждый фрагмент, который должен был войти в окончательный продукт. Мэтт настаивал на многоканальном звуке (так как он предвидел, что в недалеком будущем DVD-формат станет стандартом для музыкальных релизов) и на том, чтобы это издание было двухдисковым. Первый диск был составлен из 19 песен, снятых во время двух живых концертов «Muse» в Le Zenith, а второй содержал документальные кадры, отснятые Томом Кирком во время мирового турне 2001-го года. Дополнением к нему должен был стать двойной CD-альбом: саундтрек из 13 песен к документальному видео Кирка на первом диске и запись живого выступления с парижского шоу на втором. Перемотка после первого трека приводила к обнаружению еще одного скрытого трека на CD – “What's He Building?” Тома Уэйтса.*

* Это служило также стимулом для коллекционеров покупать оба релиза – DVD с живыми треками, недоступными на 12-трековом CD, и CD с новой акустической версией би-сайда «Shine». Японская версия DVD отличалась тем, что она содержала лайв-видео «Darkshines».

Приближался срок релиза DVD, и все участники «Muse» присутствовали почти каждый день при монтаже и сведении материала. Ответственность за документальную часть диска лежала исключительно на Мэтте, Доме, Крисе и Томе. Часть кадров в этих съемках была далеко за гранью приличия, из этих соображений материал держали «внутри семьи», отказываясь от привлечения профессиональных редакторов. Они хотели показать и хорошие, и плохие стороны пребывания в туре, но были озабочены тем, что камера Тома могла зафиксировать некоторые гораздо более личные или интимные хорошие/плохие моменты, чем они хотели бы показать публике, поэтому над документальным фильмом работали без посторонних глаз. Однако конечный продукт получился каким угодно, но только не скучным: размытые изображения корчащихся тел, необузданная ярость на сцене, страх и отвращение в гостиничных фойе, дружеские потасовки за сценой и поездки на рыбалку в нездешних краях. Не то чтобы совсем без ретуши, но этот фильм достаточно правдиво показал все синяки и шишки, которые они успели набить себе в турах.

Сам DVD был продвинутым продуктом, чего и добивалась группа. Это был результат работы множества операторов, умеющих снимать группы всех сортов с экстремально крупными и общими планами, причем на шести треках опции дискового меню позволяли зрителю «наезжать» только на рот или на микрофон. Режиссер Мэтт Аскем смонтировал каждую песню, руководствуясь собственными ощущениями, результат оказался больше похож на спектакль, где каждый зритель лично присутствовал на сцене, чем на зафиксированный на пленку рок-концерт. Группа провела столько времени, заглядывая Аскему через плечо, и так достала его репликами о том, что все должно быть сделано в совершенстве, что в какой-то момент работы Аскем в шутку предложил Мэтту 500 фунтов, чтобы во время оупен-ейра «Jamiroquai» в Вероне тот пролетел с камерой на своем парамоторе и заснял толпу с воздуха. А потом он вставит эти кадры в DVD "для крутости".

«Hullabaloo» был смонтирован таким образом, чтобы зритель смог почувствовать себя одним из участников группы на сцене, и это чудесно сработало, равно как и для самого Мэтта. Обычно он не мог вспомнить почти ничего из того, что происходило на сцене, вне ее казалось, что это было просто сном; поэтому просмотр DVD показался ему сверхъестественным опытом, почти таким же реальным, как само выступление.

Фотосъемка для обложки «Hullabaloo» — тонущий в полумраке снимок троицы в белых костюмах инспекторов манежа с тростями в руках, стоящие в виде жутких шипов волосы Мэтта и едва вырисовывающийся голубой воздушный шар позади — был для них еще одним поводом повалять дурака. Вторгшись в костюмерную лондонской студии в поисках подходящей одежды, группа начала резвиться, примеряя на себя цирковые костюмы, космические шлемы и ботинки на платформе, раскрашенные под британский флаг. Попав затем в фотостудию, они не могли упустить возможность поиграть с воздушными шарами, наполненными конфетти. Подражая Чарли Чаплину, они пытались проделывать фокусы со своими цилиндрами и тросточками и имитировать его походку. Трое друзей в фантастических костюмах прохаживались вокруг декораций и разбрасывали повсюду конфетти. Так они развлекались весь день, потом Мэтт поехал домой. На улице шел дождь, и Мэтт только что поругался по телефону с Гайей, поэтому он ехал, немного превышая скорость. Внезапно BMW 7-й серии, ехавший перед ним, резко остановился на светофоре, и Мэтт, не успевший притормозить из-за высокой скорости, въехал ему в зад; половина его новенького, только из выставочного зала, Lotus Elise оказалась под передней машиной. BMW остался цел, а вот Мэттов Lotus восстановлению явно не подлежал; однако весь гнев от дорожного происшествия тотчас испарился, когда Мэтт выскочил из своей машины — в белом фраке, в цилиндре и с прогулочной тростью. Записывая номер страховки Мэтта, водитель BMW плакал от смеха.

Мэтт тоже улыбался по дороге в банк, куда он ехал, чтобы снять деньги, полученные за «Hullabaloo», и купить себе новую машину. Аудио-альбом с саундтреком попал в десятку сразу после начала продаж в июле*. Его выпуску предшествовал двойной А-side сингл “Dead Star” / ”In Your World”, вышедший 17-го июня в новом мьюзовском стандарте 2 СD. Зернистое черно-белое видео, дополнявшее первый диск, было снято Томом Кирком на ручную камеру, купленную за 50 фунтов, в нем группа исполняла “Dead Star” в подвале дома в Брайтоне. Плюс “Futurism” (бонус-трек с японского издания «Origin Of Symmetry» не был включен в британскую версию, так как он был слишком труден для живого исполнения) — еще одна песня, рисующая мрачные картины общества будущего, где свободомыслие запрещено властью (“a future that won't let you disagree / будущее не позволит тебе быть несогласным”). Второй СD включал клип “In Your World”, смонтированный из съемок шоу в «Zenith», и мьюзовский кавер “Can't Take My Eyes Off You”, который они исполнили на сессии BBC Re:Covered.

* Точных цифр продаж для DVD не существует.

Этот сингл собрал в себе все не изданные ранее треки «Muse»; их тактика больше всего напоминала «The Smiths» 1980-х, использовавших такой способ закрытия брешей между альбомами выпуском синглов, позднее их можно было включать в компиляции вместе с альбомными треками. Как показало время, «Muse» выпустили лишь один такой сингл, тем не менее, до конца июня он смог достичь почетного 13 места.

Работа над «Hullabaloo» была завершена, и «Muse» продолжили свое участие в фестивалях (“Can't Take My Eyes Off You” заменили на “Feeling Good”, постепенно эта кавер-версия стала одной из их визитных карточек). Необыкновенно жарким днем 15 июля в итальянском городке Имола (ударение на первом слоге – прим. перев.) проходил Janmmin Festival. В Имоле Мэтт должен был познакомиться с отцом своей девушки; он собирался представиться как композитор, так как синьор Поллони был не сильно расположен к рок-звездам. Участники группы выглядели отдохнувшими, они рано легли прошлой ночью, а с утра успели сыграть пару партий в бадминтон; но несмотря на это они слажали во время исполнения новых треков*. Возможно, причина была в том, что их фестивальный райдер включал в себя две большие бутылки водки, наряду с Бэйлисом, Джек Дениелз, разными винами и фруктами для коктейлей.

* В сет-лист “Fury” была записана как “New (Slow And Fat)”, но представлена как “Getting A Grip”, “Apocalypse Please” была названа “New Piano”, “The Small Print” как “TSP”, а “Stockholm Syndrom” как “New Riff”.

Подобным образом прошло и их выступление на многолюдном фестивале Eurokeennes в Белфорте (Франция), страдавшем отсутствием нормальной организации. Группа отнеслась к нему как к «репетиции». Но во время следующей короткой поездки в Японию на фестиваль Fuji Rock, проходящий в живописном лыжном курорте Наэба у подножия горы Фуджи, во время “Apocalypse Please” Мэтт опять не попал в ноты и закончил выступление, беспорядочно барабаня по клавишам, будто стараясь наказать самого себя. Точно так же на Rock Oz Arenas в Швейцарии Мэтт сбился, играя на синтезаторе во время премьеры эпического трека “Eternally Missed”, заметив при этом: "bit rusty that one" (немного коряво вышло), в результате чего песня получила второе название "Rusty One".

Muse - Prelude + Screenager (Live at Eurokeennes, 2002)

«Muse» мечтали хотя бы об одной неделе без переездов, но как только случалось зависнуть где-то в одном месте, желание поиграть снова гнало их в путь. В то же время их давно уже достало постоянное исполнение песен из «Origin…», нужно было уединение и время, чтобы совместными усилиями довести до ума новый материал. Поэтому после того, как фестивальный сезон провел их через такие экзотические места как Стамбул, Остенд в Бельгии, Монтре в Швейцарии, Кристиансанн в Норвегии, Йоэнсуу в Финляндии и Риндже в Дании, в конце августа на Carling Weekend «Muse» отыграли свой последний в 2002-м году сет. На основной сцене они выступали вторыми, после своих старых приятелей «Foo Fighters», но было одно место, где они реально «сделали их» — в Рединге под проливным дождем толпа приветствовала их как настоящих героев, и благодарная группа ответила своим поклонникам головокружительным гитарным сетом.

Укороченный сет-лист из 12 прошлых, настоящих и будущих хитов быстро довел раскисшую фестивальную публику до экстаза. На этом концерте состоялась премьера инструментальной версии “Falling Away With You” — одного из треков будущего альбома. Во второй, и в последний, раз он прозвучит на следующий день во время столь же бурного выступления группы на фестивальной сцене в Лидсе*. Я прятался от ливня, наблюдая со стороны, как их тур-менеджер Глен Роу в цирковом костюме, с которого потоками стекала вода, загонял огромные воздушные шары в палатку для фотосессий, чтобы затем выпустить их в бушующую 60-тысячную толпу. В тот вечер «Muse» были королями сцены.

* Они никогда не планировали исполнять эту вещь вместе с вокалом, по словам Криса, «эта песня не подходит для исполнения вживую».