Студопедия

Главная страница Случайная лекция


Мы поможем в написании ваших работ!

Порталы:

БиологияВойнаГеографияИнформатикаИскусствоИсторияКультураЛингвистикаМатематикаМедицинаОхрана трудаПолитикаПравоПсихологияРелигияТехникаФизикаФилософияЭкономика



Мы поможем в написании ваших работ!




Дальнейшая перестройка организма в связи с образованием личности

Читайте также:
  1. XX съезд КПСС о культе личности Сталина: понятие, причины возникновения, последствия, меры по преодолению.
  2. Акцентуации личности в психологии
  3. АЦП с преобразованием напряжения в частоту (ПНЧ)
  4. Билет 12. Понятие об эмоционально-волевой сфере личности.
  5. Билет 25. Самооценка и уровень притязания личности.
  6. Билет 5. Понятие о психических процессах, их структура и роль в психической деятельности личности.
  7. Билет 5. Понятие о психических процессах, их структура и роль в психической деятельности личности.
  8. Биологические и социальные условия развития личности. Теория двух факторов.
  9. Боевая готовность системы связи.
  10. Болезнь и особенности личности

Личность есть образование общественно-историческое и, конечно, предмет изучения не только одной психологии. Но в истории развития личности и в ее дальнейшей деятель­ности психика как реальный процесс ориентировки в каж­дой жизненной ситуации играет такую значительную роль, что психология как наука не может не занять ведущее поло­жение в комплексном изучении личности.

В этом разделе «Введения» мы не имеем возможности рассматривать даже в самом общем виде содержание и струк­туру того, что составляет «психологию личности»; мы ос­тановимся лишь на вопросе о том, что отличает личность от субъекта деятельности у животных, и кратко отметим неко­торые условия перехода от такого субъекта к личности.

Как развитие психики в животном мире является пред­посылкой формирования человеческой психики, сознания, так и общая структура отношений организма к внешней сре­де, характерная для субъекта активных, целенаправленных действий, составляет предпосылку формирования личности и ее психологических черт. Эта общая структура заключается [238] в позиции субъекта по отношению к окружающему миру. В психическом отражении внешней ситуации она пред­ставлена таким образом, что мир располагается перед субъектом. А все, что непосредственно «является» ему, ока­зывается вне его; субъект в качестве источника своих дей­ствий, себе не «является»: животное действует согласно сво­им желаниям и опасениям, но не делает их предметом своей оценки.

Такая позиция чрезвычайно удобна для такого же «не­посредственного» действия с окружающими вещами, удоб­на не только для животного, но и для человека в подавляю­щем большинстве его физических действий. Но когда у со­временного человека возникают размышления о себе как источнике своей активности и особенно, конечно, своей внутренней психической активности, эта наивная попытка увидеть самого себя как объект становится источником горь­кого сознания неуловимости своего «я». Всякая попытка быстро обернуться на себя, чтобы увидеть себя в момент инициации действия, обнаруживает только неостывший след деятельности и никогда самого деятеля. «Я» остается «во­ображаемой точкой позади всякого опыта», говорит тон­кий наблюдатель «явлений сознания»[23], мы должны уточ­нить — опыта самонаблюдения. Центральная инстанция не­автоматических реакций не есть «явление», она не «являет­ся», она устанавливается только объективно. Это в услов­ном смысле «центр», в котором сходятся потребности и от­куда исходят активные действия (часто неправильно назы­ваемые «произвольными»). Сам по себе этот «центр» еще не субъект, а только центральный нервный механизм субъек­та. Но когда этот механизм начинает действовать, исполь­зуя все возможности организма, включая и его прошлый опыт, в объективной ситуации появляется не просто орга­низм, а субъект целенаправленных действий.

Однако было бы большой ошибкой считать, что лич­ность есть животный субъект + напластования «знаний и [239] умения», приобретенных благодаря общественному воспи­танию.

Если уже преобразование организма в субъект целенап­равленных действий не ограничивается приобретением свой­ства производить психические отражения, но требует глу­бочайших изменений в устройстве самого организма, то преобразование животного субъекта в личность нуждается в не менее глубоких изменениях, которые на этот раз осо­бенно затрагивают головной мозг (а вторично и самый про­цесс образования и преобразования психологической струк­туры субъекта).



Одним из противоречий в процессе становления чело­века является несовместимость новых производственных и общественных, биологически ненаследуемых отношений с миром с теми непосредственными животными отношениями к нему, которые выражаются инстинктами. Эта несовмес­тимость ведет к тому, что в процессе антропогенеза проис­ходит последовательное торможение инстинктов и система­тический отбор тех популяций, среди которых инстинкты оказываются все слабей и все легче поддаются торможе­нию. Отмирание инстинктов составляет одну из главных задач и один из главных итогов длительного и трудного ста­новления современного человека, одно из фундаментальных условий образования личности.

Торможение и отмирание инстинктов означает исклю­чение биологического предопределения поведения. Но от­сутствие биологических детерминантов должно быть воз­мещено детерминацией иного рода. И оно возмещается бла­годаря общественному воспитанию, усвоению обществен­ного опыта. Однако этот опыт так велик по объему и разно­образию, а условия, средства и движущие силы его усвое­ния — общественные отношения, труд и речь — столь ха­рактерны для каждой сферы деятельности, что требуют ог­ромных изменений рабочего органа этой разнообразной де­ятельности — головного мозга, объем и строение которого так отличают человеческий мозг от мозга наиболее разви­того животного — обезьяны. И это составляет вторую, [240] идущую параллельно с первой, предпосылку образования со­временного человека и того, что сегодня называется лич­ностью.

Во всяком человеческом обществе, во всех обществен­ных формациях познается, что личность не появляется гото­вой при рождении, что она формируется в индивидуальном развитии и может быть как «зрелой», так и «незрелой». Оп­ределение степени зрелости составляет настолько обще­ственно важную задачу, что устанавливается с помощью известных критериев, в результате определенных испыта­ний, т. е. на основе поведения в определенных ситуациях. По сути дела зрелость личности устанавливается по оценке ее действий в системе отношений, существующих в данном обществе; в них человек включается, как бы врастает в них и оценивается согласно показателям того, насколько успеш­но он овладевает предназначенной ему деятельностью.

Конечно, соответствие этим требованиям означает и оп­ределенное усвоение норм и форм общественного сознания. Понятие общественного сознания и различных его видов нравственного, правового, научно-технического, эстетичес­кого и т. д. — рассматривается в общественных науках, в историческом материализме[24], и для наших целей достаточ­но отметить следующее. Во-первых, общественное сознание не сводится к системе представлений и правил поведения, к чему оно сводится в буржуазной социологии. Во-вторых, общественное сознание не сводится к понятию о сознании, каким оно выступает в буржуазной, психологии. В после­дней сознание характеризуется двумя признаками: 1) это как бы свет, в котором выступает известный круг объектов, и 2) ощущение своей психической деятельности (сознание). Что касается «света», то это есть не что иное, как обозначе­ние факта «явления поля объектов субъекту», иначе гово­ря, это общий признак психики, свойственный и психике жи­вотных, не отличающий ее от сознания человека, неспецифический [241] для сознания. Что же касается «сознания», то оно, напротив, есть продукт общественного воспитания и осу­ществляется лишь в той мере, в какой у каждого человека, каждого члена общества воспитывается контроль за собой, за своей психической деятельностью. Естественно, что ког­да обращаются к самонаблюдению, то в «явлениях созна­ния» всегда обнаруживается этот признак. Но хорошо из­вестно, что далеко не все в психике открывается самонаб­людению. Сознание есть признак, действительно характер­ный для общественной психики человека, для его сознания, но и для него далеко не всеобщий.

Сознание в марксистско-ленинском его понимании дей­ствительно составляет неотъемлемое и существенное свой­ство личности[25]. Но сознание характеризует личность не само по себе, а в системе тех общественных отношений, в кото­рых человек объективно включен, и особенно той части этих отношений, в которых он активно действует.

Личность невозможна без сознания, и там, где оно на­рушено, нарушена или утрачена личность. Могут быть че­ловеческие существа, у которых сознание недостаточно развито, или искажено болезнью, или даже отсутствует, выключено в данное время. Человек может находиться в бессознательном состоянии, но от этого он еще не перестает быть «человеком», поскольку сохраняется надежда, что сознание к нему вернется. Но если такой надежды нет, то о нем говорят как о том, что «было человеком», но в этом бедственном состоянии им уже не является. В состоянии ду­шевной болезни, когда специальное медицинское освиде­тельствование дает заключение о невменяемости больного, мы тоже не можем говорить о наличии у него нормального сознания, хотя отдельные формы психической деятельнос­ти, включая и формальное мышление, могут оставаться без грубых нарушений. Такой человек может правильно видеть окружающее, может делать формально правильные умозаключения, [242] память о прошлых событиях и прежде приобретен­ных знаниях также может не обнаруживать существенных нарушений. И тем не менее этот человек не способен оцени­вать свои действия, действия других людей и объективные события так, как это делают нормальные люди, не может пользоваться объективно-общественными критериями всех этих явлений и постольку не может правильно управлять своим поведением. Он остается субъектом действий, но уже не является личностью и не отвечает за свое поведение. Ре­бенок до определенного возраста вообще считается не от­ветственным за свои поступки, за него отвечают его воспи­татели, а он рассматривается как растущая, но еще не сло­жившаяся личность. И это очень хороший показатель того, что мы считаем личность не прирожденным, а формирую­щимся общественно-историческим образованием и отводим значительное время на процесс ее формирования.

Личность невозможна без сознания, но не сводится к нему — сознание не равно личности. Действует не созна­ние, а личность, которая регулирует свои действия на осно­ве сознания, составляющего ориентировочную часть его действий. Чтобы быть личностью, нужно быть субъектом, сознательным, общественно-ответственным субъектом. Об­щественное сознание, будучи усвоено, составляет важней­шую, ведущую структуру в системе управления человеком своим поведением.

Здесь тоже мы должны предупредить, что не даем опре­деления того, что такое личность и что такое сознание. Все сказанное выше есть только указание на то, чем личность отличается от субъекта действий, который (еще или уже) не является личностью.

Схема основных уровней действия

Мы рассматриваем психику, точнее ориентировочную деятельность, как важнейший вспомогательный аппарат поведения, аппарат управления поведением. Этот аппарат возникает на том уровне развития активных животных, [243] когда в результате их подвижности и возрастающей изменчи­вости отношений между ними и объектами среды животные оказываются в непрерывно меняющихся, индивидуальных, одноразовых ситуациях. С этого уровня возникает необхо­димость приспосабливать действия к этим одноразовым ус­ловиям. Такое приспособление достигается с помощью примеривания, экстраполяции и коррекции действий в плане образа наличной ситуации, что и составляет жизненную функцию ориентировочной деятельности. Понимая так пси­хическую деятельность, мы можем представить себе ее мес­то в общем развитии мира, если рассмотрим отдельную еди­ницу поведения — отдельное действие — со стороны отно­шения между его результатом и его механизмом, с точки зре­ния того, поддерживает ли результат действия производя­щий его механизм. Тогда общую линию эволюции дейст­вия — от неорганического мира до человека включитель­но — можно схематически разделить на четыре большие сту­пени, каждой из которых соответствует определенный тип действия: физическое действие, физиологическое действие, действие субъекта и действие личности.

Уровень физического действия. У нас нет оснований ис­ключить действие физических тел из группы тех явлений, которые на всех языках обозначаются словом «действие». Наоборот, физическое действие составляет основное содер­жание понятия о действии; оно должно быть нами принято в качестве исходного. Особенность и ограниченность физи­ческого действия в интересующем нас аспекте заключается в том, что в неорганическом мире механизм, производящий действие, безразличен к его результатам, а результат не оказывает никакого, кроме случайного, влияния на сохра­нение породившего его механизма. «Вода точит камень» — таково действие воды на камень, но результаты этого дей­ствия безразличны для источника и не поддерживают ни его существование, ни этого его действия. Существование по­тока, который прокладывает себе путь через скалы, зави­сит вовсе не от этого пути, а от того, что снова и снова пополняет воды потока. [244]

Если мы возьмем машины, созданные человеком, то их можно снабдить программой управления, механизмом об­ратной связи, с помощью которых регулируется действие этой машины. Но результат, который служит объектом об­ратной связи, не поддерживает существование такой маши­ны. Он только регулирует ее работу. Но работа машины и этого регулирующего механизма ведет к их износу и разлаживанию, к сбою. Если предоставить машину самой себе, то вместе со своим регулирующим механизмом она в конце концов будет давать такой продукт, который будет негоден с точки зрения человека, построившего эту машину. Не ре­зультат действий машины, а человек, заинтересованный в этом результате, заботится о сохранении такого механизма (или о его замене более совершенным); результат действия машины не поддерживает ее существование.

Уровень физиологического действия. На этом уровне мы находим организмы, которые не только выполняют действия во внешней среде, но и заинтересованы в определенных ре­зультатах этих действий, а следовательно, и в их механиз­мах. Здесь результаты действий не только регулируют их исполнение, но если эти результаты положительны, то они и подкрепляют механизм, производящий эти действия.

Однако для этого нового уровня развития действий ха­рактерно одно существенное ограничение — результаты действуют лишь после того, как они физически достигнуты. Такое влияние может иметь не только конечный, но и проме­жуточный результат, однако лишь результат, материально уже достигнутый. На уровне число физиологических отно­шений такой коррекции вполне достаточно.

Уровень действия субъекта. Как мы видели выше, усло­вия подвижной жизни в сложно расчлененной среде посто­янно приводят животное к таким одноразовым вариантам ситуаций, в которых прошлый опыт недостаточен для ус­пешного выполнения действий. Наоборот, воспроизведе­ние действий в том виде, в каком они были успешны в про­шлом опыте, может привести к неудаче в новых, несколько изменившихся условиях. Здесь необходимо приспособление [245] действия и до его начала, и по ходу исполнения, но обяза­тельно до его окончания. А для этого необходимо прибег­нуть к примериванию действий или к их экстраполяции в плане образа. Лишь это позволяет внести необходимые по­правки до физического выполнения или, по меньшей мере, до завершения этих действий и тем обеспечить их успеш­ность.

Принципиальное значение в расширении приспособи­тельных возможностей животного на этом уровне действия заключается именно в том, что животное получает возмож­ность установить пригодность действия и внести в него из­менения еще до его физического исполнения или заверше­ния. Здесь тоже действуют принципы обратной связи, необ­ходимых коррекций, подкрепления удачно исполненных действий, но они действуют не только в физическом поле, но и в плане образа. Новые, более или менее измененные значения объектов (по сравнению с теми значениями, кото­рые они имели в прошлом опыте) используются без их за­крепления, только для одного раза. Но зато каждый раз про­цедура может быть легко повторена, действие приспособ­лено к индивидуальным, единичным обстоятельствам и удач­ный результат подкрепляет не только исполнительный, но и управляющий механизм действия.

Уровень действия личности. Если действие животного отличается от чисто физиологических отношений с окружа­ющей средой тем, что его коррекции возможны в плане об­раза, восприятия открывающейся перед животным среды, то действие личности означает принципиально новый шаг вперед. Здесь субъект действия учитывает не только свое восприятие предметов, но и накопленные обществом знания о них, и не только их естественные свойства и отношения, но также их социальное значение и общественные формы отношения к ним. Человек не ограничен индивидуальным опытом, он усваивает и использует общественный опыт той социальной группы, внутри которой он воспитывается и живет. [246]

И у человека в его целенаправленных предметных дей­ствиях полностью сохраняются принципы кибернетическо­го управления. Но условия этих действий, факторы, с кото­рыми считается такое управление, это прежде всего обще­ственная оценка и характеристика целей, вещей и намечае­мых действий.

У животного намечаемый план действия выступает лишь как непосредственно воспринимаемый путь среди ве­щей; у человека этот план выделяется и оформляется в са­мостоятельный объект, наряду с миром вещей, среди кото­рых или с которыми предстоит действовать. Таким обра­зом, в среду природных вещей вводится новая «вещь» — план человеческого действия. А с ним и цель в прямом смыс­ле слова, т. е. в качестве того, чего в готовом виде нет и что еще должно быть сделано, произведено.

Соотношение основных эволюционных уровней дей­ствия. Каждая более высокая ступень развития действия обязательно включает в себя предыдущие. Уровень физио­логического действия, конечно, включает физическое взаи­модействие и физические механизмы действия. Уровень жи­вотного как субъекта действия включает физиологические механизмы, обеспечивающие только физиологическое вза­имодействие с внешней средой, однако над ними надстраи­ваются физиологические механизмы высшего порядка, осу­ществляющие психические отражения объективного мира и психологическое управление действиями. Наконец, уровень личности включает и физические, и физиологические, и пси­хические механизмы поведения. Но у личности над всем этим господствует новая инстанция — регуляция действия на ос­нове сознания общественного значения ситуации и обще­ственных средств, образцов и способов действия.

Поэтому каждую более высокую форму действия мож­но и нужно изучать со стороны участвующих в ней более простых механизмов, но вместе с тем для изучения каждой более высокой ступени одного изучения этих более простых механизмов принципиально недостаточно. Недостаточно не в том смысле, что эти высшие механизмы не могут возникнуть [247] из более простых, а в том, что образование высших из более простых не может идти по схемам более простых ме­ханизмов, но требует нового плана их использования. Этот новый план возникает вследствие включения в новые усло­вия, в новые отношения. Возникновение живых существ выдвигает новые отношения между механизмом действия и его результатом, который начинает подкреплять существо­вание механизма, производящего полезную реакцию. Воз­никновение индивидуально изменчивых одноразовых ситу­аций диктует необходимость приспособления наличных ре­акций в плане образа и, следовательно, необходимость пси­хических отражений. Возникновение таких общественных форм совместной деятельности (по добыванию средств су­ществования и борьбы с врагами), которые недоступны даже высшим животным, диктует необходимость формирования труда и речи, общественного сознания.

Таким образом, основные эволюционные уровни дей­ствия намечают, собственно говоря, основную линию раз­вития материи: от ее неорганических форм — к живым су­ществам, организмам, затем — к животным, наделенным психикой, и от них — к человеку с его общественным созна­нием. А сознание, по меткому замечанию Ленина,«... не толь­ко отражает объективный мир, но и творит его»[26]. Творит по мере того, как становится все более полным и глубоким от­ражением механизмов общественной жизни и ведущим на­чалом совокупной человеческой деятельности. [248]


[1] Журавлев Г. Е. О «гипнотическом» взгляде змей. Вопросы психо­логии. 1969. № 5.

[2] Такая слаженность отношений между организмом и окружающей средой, по-видимому, имеет место и у паразитирующих животных (гельминты), проделывающих зачастую довольно сложный жизнен­ный цикл развития, нередко со сменой «хозяев» (промежуточных, основных).

[3] Кренкель Э. Мои позывные — RAEM. Новый мир. 1970. № 10. С. 111.

[4] Торндайк Э. Процесс учения у человека. М., 1935.

[5] Новоселова С. Л. Развитие и структура интеллектуальной дея­тельности обезьян. Канд. дисс. МГУ, 1968.

[6] Кёлер В. Исследование интеллекта человекоподобных обезьян. М., 1930.

[7] Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 18. С. 46.

[8] Там же. С. 40.

[9] Там же. С. 103.

[10] Введенский А. И. Психология без всякой метафизики. Петро­град, 1917. С. 78.

[11] Введенский А. И. Психология без всякой метафизики. С. 78.

[12] Г. Т. Фехнер после пережитого им душевного кризиса, с наивным простодушием возвещал эту точку зрения своим согражданам и, видя их равнодушие, решил доказать ее убедительно, так сказать с принудительностью научной истины, для чего и разработал свою психофизику (хороший очерк о Фехнере см. в кн.: Джеймс В. Все­ленная с плюралистической точки зрения. М.,,1911). В очень яр­кой форме это воззрение излагал Ф. Паульсен (его «Введение в философию» пользовалось в свое время большой популярностью).

[13] Крушинский Л. В. Проблема экстраполяции в физиологии высшей нервной деятельности. В сб. : Достижения современной физиологии. М. : Наука, 1970.

[14] Кёлер В. Исследование интеллекта человекоподобных обезьян. М., 1930.

[15] См. предисловие Л. С. Выготского к русскому изданию кн.: В. Кёлера «Исследование интеллекта человекоподобных обезьян». М., 1930.

[16] Buytendijk F. The mind of the Dog. London, 1935.

[17] Запорожец А. В. Интелектуальнi момента в поведiнку тварини. «Науковi записки Харькiвского Державного Педагогичного инстiтуту». 1941. Т. VI (на укр. яз. ).

[18] Крушинский Л. В. Формирование поведения животных в норме и патологии. М., 1960; его же. Проблема экстраполяции в физиоло­гии высшей нервной деятельности. В сб. : Достижения современ­ной физиологии. М. : Наука, 1970.

[19] Анциферова Л. И. О закономерностях элементарной познаватель­ной деятельности. М. : Изд-во АН СССР, 1961.

[20] Насколько сложным и трудным остается понятие субъекта, можно судить по кн. : Лекторский В. А. Проблема субъекта и объекта в классической и современной буржуазной философии. Гл. III. § 3. М. : Высшая школа, 1965; Абульханова К. А. О субъекте психи­ческой деятельности. М. : Наука, 1973; Buytendijk F. Mensch und Tier, part 1, 5. Organismus oder Subjekt. Hamburg, 1970. S. 30.

[21] Павлов И. П. Поли. собр. соч. Т. III. Кн. 2. С. 106.

[22] Павлов И. П. Поли. собр. соч. Т. III. Кн. 2. С. 222.

[23] Кречмер Э. Медицинская психология. М., 1927. С. 13-14.

[24] Келле В., Ковальзон М. Формы общественного сознания. М. : Гос-политиздат, 1959.

[25] См. : Леонтьев А. Н. Деятельность, сознание, личность. М. : Поли­тиздат, 1975.

[26] Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 194.


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
ОСНОВНЫЕ ЭВОЛЮЦИОННЫЕ УРОВНИ ДЕЙСТВИЯ | Глава 4. ГИДРАВЛИЧЕСКАЯ КЛАССИФИКАЦИЯ

Дата добавления: 2014-11-01; просмотров: 497; Нарушение авторских прав




Мы поможем в написании ваших работ!
lektsiopedia.org - Лекциопедия - 2013 год. | Страница сгенерирована за: 0.007 сек.