Студопедия

Главная страница Случайная лекция


Мы поможем в написании ваших работ!

Порталы:

БиологияВойнаГеографияИнформатикаИскусствоИсторияКультураЛингвистикаМатематикаМедицинаОхрана трудаПолитикаПравоПсихологияРелигияТехникаФизикаФилософияЭкономика



Мы поможем в написании ваших работ!




Проверка (исследование) и оценка доказательств

Читайте также:
  1. IFRS 13 «Оценка по справедливой стоимости»: сфера применения стандарта, методы определения справедливой стоимости.
  2. А). Вопрос об «асимметрии правил допустимости доказательств» (или возможности использования доказательств, полученных с нарушением закона, стороной защиты).
  3. Автоматическая проверка типа данных
  4. Аудиторские доказательства
  5. Б). Решение вопроса об исключении доказательств, в зависимости от характера допущенного нарушения.
  6. Банковская оценка рисков
  7. Билет 25. Самооценка и уровень притязания личности.
  8. В). О возможности фактического восполнения «ущербного» доказательства и «нейтрализации» последствий нарушения закона.
  9. Вещественные доказательства
  10. Вещественные доказательства

Проверка (исследование) доказательств – вторая стадия работы субъекта доказывания с доказательствами. Разумеется, не следует представлять себе процесс доказывания как такую деятельность, при которой сначала собирают все доказательства, затем исследуют их и т.п. Вновь подчеркнем, что доказательства исследуются, оцениваются и используются по мере их собирания, и процесс этот непрерывен на протяжении всего доказывания.

В процессуальной литературе нет единого взгляда на сущность проверки доказательств. Так, А.Р. Белкин под проверкой (исследованием) доказательствпонимаетпознание субъектом доказывания их содержания, проверки достоверности существования тех фактических данных, которые составляют это содержание, определение относимости и допустимости доказательств и установление согласуемости со всеми остальными доказательствами по делу.

В соответствии же со ст. 87 УПК РФ проверка доказательств производится... путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

Проверке доказательств в стадии предварительного расследования свойственны следующие особенности: ее производство осуществляется при отсутствии у дознавателя, следователя и прокурора целостного представления о совершенном преступлении, т.е. в условиях значительной познавательной неопределенности; она происходит в условиях ограничения действия ряда принципов уголовного процесса (непосредственности, состязательности и равноправия сторон, гласности); она производится дознавателем, следователем, прокурором, которые не являются самостоятельными и независимыми в той мере, которая присуща суду, поскольку на содержание и результаты их деятельности по проверке доказательств могут оказывать влияние начальник органа дознания, начальник следственного отдела, вышестоящий прокурор; она осуществляется органами (дознавателем, следователем, прокурором), основным содержанием деятельности которых является реализация функции уголовного преследования; содержание и результаты деятельности по проверке доказательств не являются окончательными и обязательными для суда.

Проверка доказательств начинается уже в ходе их формирования (собирания) – при производстве соответствующего следственного, судебного действия. При благоприятных условиях она может быть завершена в рамках данных действий.

Как правило, сложнее обстоит вопрос с проверкой доказательств на первоначальном этапе расследования, когда установлены лишь отдельные факты, указывающие на признаки преступления, когда еще не известны многие существенные обстоятельства преступления, например место, время совершения, лицо (лица), его совершившее. В таких случаях начавшаяся проверка доказательства может продолжаться довольно значительное время, иногда вплоть до окончания предварительного расследования. Дознаватель, следователь могут возвращаться к ней неоднократно при получении других доказательств.

Приступая к проверке доказательства, прежде всего следует убедиться в том, что оно получено после возбуждения уголовного дела, надлежащим субъектом уголовного процесса и в результате предусмотренных законом действий. Доказательства, полученные до возбуждения уголовного дела или ненадлежащим субъектом, или в ходе действий, не предусмотренных законом, признаются недопустимыми.

Проверяя доказательства, следует убедиться, что при их получении не были нарушены установленные законом условия и порядок проведения следственного действия. Выявленные нарушения такого рода (например, производство обыска с одним понятым, неразъяснение участникам следственного действия прав, обязанностей, ответственности и порядка его производства, нарушение установленной последовательности его проведения и т.п.) должны служить основанием для признания доказательств недопустимыми.

Закон предписывает осуществлять проверку доказательств путем сопоставления с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, установления источников доказательств, получения других доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. Разумеется, используется и такой способ проверки доказательств, как их анализ и синтез. Именно с анализа и синтеза доказательства и должна начинаться его непосредственная проверка.

Наряду с содержанием проверяемого доказательства анализируются данные о лице, от которого оно исходит. При этом становится возможным выяснить особенности, которые в зависимости от обстоятельств уголовного дела могут приобрести существенное значение из-за возможного их влияния на качество проверяемого доказательства.

Исследование и установление связей, отношений и зависимостей между сторонами, свойствами и качествами проверяемого доказательства позволяют субъекту проверки судить о сомнительности, спорности или достоверности доказательства, его противоречивости или непротиворечивости, конкретном или абстрактном характере содержащихся в нем сведений, их полноте или неполноте, логической связанности или ее отсутствии. В результате познания связей, зависимостей и отношений, существующих между различными сторонами и свойствами доказательства как единого целого, становится возможным не только выявить наличие или отсутствие противоречий в его содержании, установить полноту и степень их детализации, отсутствие или наличие объективных и субъективных фактов, могущих исказить содержание доказательства, но и дать им частичные, предположительные объяснения.

В результате анализа и синтеза становится возможным выявить дальнейшие направления и формы проверки доказательства – те его стороны, связи, которые можно и нужно сопоставить с другими строго определенными доказательствами. Объективные предпосылки для этого содержатся в самом событии преступления, которое отражается в окружающей действительности различными сторонами, свойствами, отношениями. Доказательства, являясь отображением обстоятельств, входящих в предмет доказывания, и побочных фактов, содержат в себе сведения о них, данные о которых присутствуют и в других доказательствах. Поэтому доказательства всегда содержат относимые к делу сведения, как совпадающие между собой, так и не соответствующие и противоречащие полностью или частично друг другу, в силу чего становится возможным осуществить дальнейшую их проверку путем сопоставления и собирания новых доказательств.

Сопоставляя доказательство с иными имеющимися в деле доказательствами, дознаватель, следователь, прокурор, суд устанавливают и другие его свойства. Речь идет о выяснении характера и границ влияния особенностей, присущих различным сторонам доказательства, на его содержание, а следовательно, на относимость и достоверность. Например, в результате сопоставления можно установить, что неприязненные отношения свидетеля и потерпевшего с обвиняемым не повлияли на правдивость их показаний, а неблагоприятные условия, в которых они воспринимали обстоятельства и факты, имеющие значение для дела, стали причиной их неполноты.

Сопоставляя каждое вновь полученное проверяемое доказательство с другими, уже имеющимися на данный момент в деле доказательствами, дознаватель, следователь, прокурор, суд всякий раз вновь возвращаются к их проверке, но уже с учетом всего того нового, что привнесла в процесс доказывания проверка вновь полученного доказательства.

На основе соответствия содержания нескольких доказательств, связанных через отображаемые факты, субъекты проверки приходят к обоснованному предположению, что сведения о преступлении, которые они несут, соответствуют действительности. Оно становится еще более убедительным, если соответствие наблюдается между доказательствами разных видов, поскольку при этом возможность однородных ошибок, связанных с особенностями доказательств одного вида, резко снижается. О признании необходимости и важности сопоставления доказательств между собой при их проверке говорит и судебная практика, расценивающая как необоснованные и недоказанные случаи обвинения, построенные на доказательствах, находящихся в противоречии с другими доказательствами.

Проверка доказательства посредством сопоставления с другими уже имеющимися в деле не всегда дает знание о всех его качествах и свойствах. В таких случаях дальнейшая проверка возможна только посредством собирания новых доказательств. Причем указания на пути проверки, ее формы, характер (и это следует отметить особо) содержатся в самом проверяемом доказательстве, его неясностях, неточностях, неполноте, внутренней противоречивости, несоответствии содержанию других доказательств, выявленных в ходе всей предшествующей проверки. Не менее важно выделить и то, что отмеченные пути, формы, характер проверки доказательств в своей совокупности образуют тот метод, по которому должно развиваться дальнейшее доказывание по уголовному делу. Этот вывод в полной мере распространяется на собирание, проверку доказательств любого вида, а следовательно, на весь ход доказывания по уголовным делам. Отсюда следует, что знания о методе доказывания по уголовному делу дознаватель, следователь прокурор, суд черпают из самих доказательств по мере их собирания и проверки, говоря точнее, из самой объективной действительности, связь с которой они постоянно поддерживают через практическую деятельность – доказывание по уголовному делу.

Собирание новых доказательств как способ проверки доказательства обычно применяется после того, как произведены анализ и синтез данного доказательства и его сопоставление с уже собранными по делу доказательствами (если они имеются). В результате этих действий субъект проверки получает знания о том: какие стороны проверяемого доказательства требуют дальнейшей проверки; сведения о каких обстоятельствах и фактах, имеющих значение для уголовного дела и связанных с проверяемым доказательством, должны быть получены путем собирания новых доказательств; какие конкретно следственные, судебные действия по собиранию новых доказательств когда и в какой последовательности для этого необходимо провести.

Каждое вновь собираемое доказательство в свою очередь должно быть проверено по общим правилам, после чего его содержание сопоставляется с тем доказательством, ради проверки которого оно собиралось.

Принадлежность доказательств к первоначальным или производным, прямым или косвенным налагает отпечаток на их проверку. Обусловлено это тем, что в основу приведенных делений положены признаки, касающиеся таких существенных свойств доказательств, как отношение к первоисточнику, к главному и побочным фактам.

Основная особенность производных доказательств заключается в том, что факты, имеющие значение для уголовного дела, воспринимаются будущим источником доказательства не лично – непосредственно, а со слов других лиц, т.е. опосредованно. Отмеченная особенность предопределяет, что одним из действенных способов проверки будет сопоставление с первоначальным доказательством. Поэтому необходимо всегда стремиться к отысканию первоисточника производного доказательства, например лица, от которого свидетелю стали известны сведения о фактах и обстоятельствах, имеющих доказательственное значение. Отсутствие в производном доказательстве указания на источник осведомленности лишает субъекта проверки возможности произвести его полную и объективную проверку, исследовать доброкачественность первоисточника доказательства, условий восприятия им значимых для дела фактов и обстоятельств, а значит, учесть влияние этих и других факторов на качества и свойства доказательства.

Производное доказательство может быть использовано в процессе доказывания и при отсутствии первоначального доказательства. Законодатель связывает возможность использования, например, производных показаний свидетеля не с наличием в уголовном деле первоначальных показаний, а с известностью источника осведомленности свидетеля (п.2 ч.2 ст.75 УПК). Поэтому производные показания являются самостоятельным средством доказывания даже тогда, когда получение первоначального показания невозможно (отказ свидетеля-очевидца давать показания, его смерть). В таких случаях требуется исключительно тщательная проверка производного показания, в ходе которой особое внимание необходимо обратить на подтверждение факта и обстоятельств восприятия свидетелем, очевидцем исследуемого события, изучение его личности, анализ характера и содержания отношений, участие в которых обусловило известность лицу значимых для уголовного дела обстоятельств.

При проверке косвенных доказательств особое значение приобретает использование таких способов проверки, как сопоставление с другими доказательствами и собирание новых доказательств. Их применение позволяет получить совокупность доказательств, исследовать ее свойства и сделать вывод об относимости и достоверности косвенного доказательства.

Наиболее благоприятные условия для проверки доказательств складываются (существуют) в стадии судебного разбирательства. Они обусловлены действием целого ряда факторов, к которым следует отнести: осуществление проверки доказательств судом – самостоятельным и независимым субъектом уголовного процесса, не связанным в своей деятельности содержанием функций уголовного преследования и защиты; осуществление проверки доказательств в суде в условиях наиболее полного действия принципов уголовного процесса (прежде всего непосредственности, состязательности и равноправия сторон); наличие в распоряжении суда и сторон совокупности доказательств, собранных, проверенных и оцененных в стадии предварительного расследования, и как следствие – обладание ими полной картиной совершенного преступления, установленной в ходе расследования, и возможностью учета тех фактов, которые оказали влияние на результаты проверки доказательств; возможность практически одновременного участия в проверке доказательств всех участников судебного разбирательства, что позволяет суду учесть факторы, которыми стороны руководствуются при проверке доказательств.

Ход и результаты проверки доказательств должны быть отражены в материалах дела, в частности в приговоре. При этом нельзя ограничиваться лишь указанием на источники доказательств, следует приводить содержание доказательств, излагать результаты их проверки. Именно по этому пути идет судебная практика.

Оценка доказательств — это мыслительная, логическая деятельность дознавателя, следователя, прокурора и суда по определению относимости, допустимости и достоверности каждого доказательства и их достаточности для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания, и принятия процессуального решения по уголовному делу.

Указанные должностные лица оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы (ст.17 УПК).

Оценка доказательств происходит на всех этапах уголовного судопроизводства. При этом законом (ст.88 УПК) установлены общие требования (правила) к оценке доказательств, единые для всех стадий уголовного процесса.

Достоверность доказательств. Если говорить о доказательстве, то к нему нельзя применять термины «достоверный», «недостоверный», «вероятный». «Недостоверное» или «вероятное» доказательство – вообще не доказательство, ибо доказывать можно лишь тем, что не вызывает сомнений в достоверности.

Достоверность определяется в ходе расследования и судебного разбирательства посредством сопоставления доказательства с другими собранными по уголовному делу уликами. Сведения считаются достоверными, если в ходе проверки были подтверждены другими имеющимися в деле доказательствами.

Относимость и допустимость доказательств. Под относимостью доказательств следует понимать их связь с предметом доказывания и с иными обстоятельствами дела, установление которых необходимо для достижения цели судопроизводства. Относимость доказательств есть проявление их свойства подтверждать или опровергать существенные для дела обстоятельства. Как справедливо отмечается в литературе, решение вопроса об относимости доказательств предполагает выяснение, входит ли факт, для установления которого привлекается данное доказательство, в предмет доказывания и способно ли доказательство с учетом его содержания этот факт устанавливать, доказывать.

Для решения вопроса об относимости доказательств необходимо четкое представление о составе преступления, которое является предметом доказывания. «От того, насколько правильно представляют себе следователь, суд признаки конкретного состава преступления, зависит и оценка ими относимости установленных фактов для вывода о виновности или невиновности лица в совершении конкретного преступления... В этом смысле можно сказать, что уголовный закон через соответствующие положения Общей части и диспозиции статей Особенной части помогает следователю, суду определить круг доказательств, которые должны быть оценены как относящиеся к делу».

Допустимостьдоказательства означает его законность, правомерность его использования для установления истины. Она определяется прежде всего законностью способа получения доказательства, допустимостью того источника, в котором доказательство содержится. Закон дает исчерпывающий перечень видов этих источников, и поэтому сведения о фактах, почерпнутые из источника любого иного, не предусмотренного законом вида, не могут по действующему закону приниматься во внимание и допускаться в качестве доказательств. Кроме того, допустимость источника доказательств определяется еще и тем, были ли соблюдены при его получении, формировании все необходимые требования уголовно-процессуального закона.

Современное положение дел, при котором, с одной стороны, ст.74 УПК РФ дает исчерпывающий перечень возможных разновидностей источников доказательств, с другой стороны, ст.84 УПК определяет понятие «иных документов» весьма туманно, а сверх того ст.75 дает предельно широкое определение понятию «недопустимых доказательств», конкретизируя при этом отдельные их случаи, – выглядит неудовлетворительным.

Решение вопроса, как представляется, лежит в плоскости установления в законе примерного перечня источников доказательств наряду с детальной регламентацией тех требований, которым они должны удовлетворять. При соответствии этим требованиям вопроса о допустимости источника доказательств и соответственно содержащихся в нем доказательств ни в теории, ни в практике не возникнет.

Однако и в допустимых источниках могут содержаться данные, которые нельзя использовать в качестве доказательств: предположения, догадки, слухи и т. п. Следует упомянуть и о таких фактах, которые устанавливают существенные для дела, но не требующие доказательств обстоятельства, например общеизвестные истины; а также о фактах, явно противоречащих естественным законам природы (и потому не могущих быть признанными достоверными).

Допустимость и относимость доказательств тесно связаны между собой: вопрос о допустимости возникает только при рассмотрении относимых доказательств, а относимыми могут быть признаны только допустимые доказательства.

Как уже указывалось, законодатель явно указал некоторые случаи признания доказательств заведомо недопустимыми (п.1-3 ч.2 ст.75); однако эти нормы представляются, как минимум, весьма спорными.

Так, п.1 данной части (показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде) вызывает серьезные сомнения.

Если совершеннолетний, вменяемый, вполне правоспособный субъект добровольно отказался от защитника – специально подчеркнем: в ситуации, когда закон особо не оговаривает обязательного участия защитника – почему же это должно стать основанием для такого «дезавуирования» его показаний? Парадоксальным следствием такой странной нормы неминуемо становится разумное недоверие следователя к вполне возможному и вполне законному желанию обвиняемого отказаться от защитника и, тем самым, ущемление права обвиняемого на защиту.

Цель введения такой нормы, конечно, вполне понятна. Разработчики кодекса пытались таким образом бороться с, увы, распространенным явлением – попыткой следователя заставить обвиняемого (подозреваемого) отказаться от защитника с тем, чтобы с ним было проще «работать». Однако способ «решения» этой проблемы, зафиксированный данной нормой, сам порождает много иных, ничуть не менее серьезных проблем.

Не все ясно и в отношении п.2 (показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности).

Понятно, что эта норма основана на том бесспорном соображении, что доказательством могут быть лишь сведения о конкретных обстоятельствах дела (но не предположения и догадки), причем сведения, основанные на слухах или полученные из неизвестных источников, недостаточно надежны и конкретны и трудно проверяемы. В то же время, хотя в отношении свидетеля явно декларируется наличие источника его осведомленности, для показаний потерпевшего такого указания вовсе нет.

A.В. Смирнов и К.Б. Калиновский объясняют это предположением, что потерпевший, как правило, сам является первоисточником данных о совершенном преступлении и редко может давать показания по слуху; однако такое объяснение совершенно неудовлетворительно. Во-первых, понятие «редко» вряд ли может само по себе быть уместно в данном контексте, во-вторых, вполне очевидно, что потерпевший может быть допрошен не только об обстоятельствах совершения против него преступления, но и о совсем других фактах и событиях, в том числе и таких, о которых он может судить и понаслышке.

Требует специальной конкретизации и п.3 ч.2 ст.75 УПК РФ, объявляющий недопустимыми и иные доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса. Любые ли нарушения требований УПК должны влечь за собой признание соответствующих доказательств недопустимыми?

Т.А. Боголюбова, комментируя ст.75 УПК РФ, отвечает на этот вопрос однозначно положительно, поскольку «УПК РФ не устанавливает градацию этих нарушений по значимости, не различает их по форме и содержанию».

B.М. Савицкий полагает, что всякое нарушение закона при собирании доказательств должно влечь за собой признание их ничтожности, в противном случае классификация нарушений на существенные и несущественные может привести к косвенному благословению незначительных нарушений закона, потребуется иерархия процессуальных норм по степени их важности и углубится эрозия законности в уголовном судопроизводстве. Н.М. Кипнис также не считает возможным выработать критерии определения существенности нарушений процессуальной формы доказательств, признавая возможность ее восполнения при устранимых нарушениях.

На наш взгляд, более гибкая позиция, признающая возможность наличия существенных и несущественных нарушений закона и различный их учет при исследовании доказательств, имеет немало плюсов.

Оставаясь в ее рамках, рассмотрим прежде всего идею исправления допущенных нарушений закона, приводящую к введению понятия устранимых (или опровержимых) и неустранимых нарушений. Принципиально неустранимо, например, такое нарушение, как получение от обвиняемого признательных показаний путем применения пыток или иных жестоких видов обращения: в результате такого нарушения процесс перестал отвечать требованиям справедливой судебной процедуры, где стороны должны находиться в равном положении.

Вместе с тем, не все процессуальные нарушения (даже неустранимые), допущенные в ходе производства по делу, являются существенными для получения доказательств. Так, присутствие в суде при допросе обвиняемого малолетних зрителей (в возрасте до 16 лет), не обусловленное явным разрешением председательствующего, является процессуальным нарушением (ч.6 ст.241 УПК РФ), но его вполне можно счесть несущественным для получения доказательств, а потому не уничтожающим их допустимости.

Вопрос о построении критериев, позволяющих определить, является ли то или иное нарушение существенным и неустранимым, представляет отдельный интерес. А.В. Смирнов и К.Б. Калиновский в своем комментарии к ст.75 УПК РФ указывают на следующие существенные и неустранимые процессуальные нарушения, влекущие, по их мнению, признание полученных доказательств недопустимыми:

• применение физического или психологического принуждения без законных на то оснований, а также применение таких методов расследования, которые могут нарушить способность к правильным суждениям и принятию адекватных решений;

• прямое введение в заблуждение одной из сторон относительно ее прав, а также умолчание о них там, где без разъяснения прав невозможно обеспечить реальное равенство сторон;

• ограничение при доказывании обстоятельств дела исследованием производных источников доказательств, если имеется фактическая возможность представления (достижимость) первоисточников;

• наличие оснований для отвода судьи, прокурора, дознавателя, следователя, участвовавших в собирании доказательств;

• незаконное изменение субъектного состава процессуальных правоотношений, способное изменить установленный законом баланс сил в пользу одной из сторон (нарушение правил подследственности, незаконное участие в проведении предварительного следствия ненадлежащих следователей, органов дознания и их сотрудников и т.д.);

• процессуальные нарушения, которые объективно оставляют неустранимые сомнения в достоверности полученных данных.

Интересной представляется и идея так называемой асимметричной оценки доказательств. Как отмечает С. Н. Гаврилов, вопрос заключается в том, что правовые последствия нарушения правил о допустимости доказательств могут быть неодинаковыми для представителей обвинения и защиты.

Н.М. Кипнис полагал, что асимметрия правил о допустимости доказательств должна применяться судом в конкретных случаях, круг которых может определить только правоприменительная практика, а пока для закрепления в законе положений об асимметрии правил допустимости доказательств нет достаточных оснований. Впрочем, позже Н.М. Кипнис уточнил свою позицию, отметив, что в случаях, когда сторона обвинения получает доказательство с нарушением закона, но сам результат следственного действия сомнений не вызывает, защита вправе использовать этот результат. С этой точкой зрения солидаризировался и М.О. Баев, сославшись на известный пример, в котором потерпевший не опознал обвиняемого в присутствии лишь одного понятого вместо необходимых двух. Адвокат, по смыслу ситуации, стремился к тому, чтобы суд (тем более – суд присяжных) признал, что потерпевший не узнал обвиняемого, – это усиливает позицию защиты, тем более что процессуальное нарушение допущено стороной обвинения, а исключение доказательства как недопустимого явится, по сути, процессуальной санкцией, наказывающей сторону защиты, которая никакого нарушения не допускала.

Оценка доказательств включает определение достаточности их как для принятия отдельных решений, так и при формулировании окончательных выводов по делу. В данном случае речь идет об определении полноты и достоверности всей системы доказательств, ее доброкачественности, о возможности на ее основе установить истину и принять правильные решения. Такого рода оценка доказательств в соответствии с законом производится на таких важных этапах производства по делу, как окончание предварительного следствия, утверждение обвинительного заключения. Суд первой инстанции при постановлении приговора оценивает все доказательства в их совокупности, а суд второй инстанции проверяет законность и обоснованность приговора.

С учетом сказанного, мы определяем оценку доказательств как логический процесс установления наличия и характера связей между доказательствами, определения роли, значения, достаточности и путей использования доказательств для установления истины. Предлагаемое определение понятия оценки доказательств позволяет четко установить его содержание и цели. Эта оценка предпринимается для выяснения:

• в какой связи находится данное доказательство с другими собранными по делу доказательствами, каков характер и значение этой связи;

• каково значение данного доказательства и совокупности доказательств для обнаружения истины, является ли совокупность доказательств достаточным основанием для признания доказанными тех или иных обстоятельств дела, для принятия того или иного процессуального решения по делу;

• как может быть использовано данное доказательство в процессе дальнейшего доказывания.

Значение и направленность оценки доказательств зависят от того, в какой момент производства по делу она производится. Это значение определяется: числом оцениваемых доказательств (и, следовательно, объемом оцениваемой информации); полнотой оцениваемой доказательственной информации; характером и важностью тех процессуальных решений, которые принимаются на основе результатов оценки; характером и сложностью тактических решений, которые предполагаются по результатам оценки, особенно в ситуации тактического риска; объемом и характером предстоящей работы по делу.

Исходя из этого, можно указать узловые моменты, с которыми связывается оценка собранных к этому моменту доказательств:

• выдвижение исходных версий и определение направления расследования;

• привлечение конкретного лица к уголовной ответственности и избрание меры пресечения;

• принятие мер по преодолению противодействия расследованию;

• принятие решения о производстве принудительных следственных действий;

• приостановление или окончание производства по делу.

Определение значения доказательств. Определение значения доказательств или совокупности доказательств – необходимое условие выяснения, какую роль играет данное доказательство или совокупность доказательств в обнаружении истины, какова ценность доказательства в системе доказательств.

Оценка доказательств по внутреннему убеждению составляет принципиальное правило, свойственное уголовному процессу России. Оно должно основываться на совокупности всех обстоятельств дела, обнаруженных при судебном разбирательстве. Внутреннее убеждение следователя, судьи – это такое состояние его сознания и чувств, когда он считает собранные по делу доказательства достаточными и должным образом проверенными для безошибочного вывода о виновности или невиновности подсудимого, уверен в правильности своих выводов и готов к принятию практически важных решений на основании полученных знаний.

В ст.17 УПК РФ закреплен основной принцип оценки доказательств:

1. Судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

2. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Принятый в нашем судопроизводстве принцип свободной оценки доказательств утверждает, что ценность доказательства не определяется ни его видом, ни видом источника, из которого оно почерпнуто. Нашему доказательственному праву чужд заведомо скептический взгляд на те или иные виды доказательств, заведомое определение ценности доказательства без анализа его конкретного содержания и роли в данном конкретном акте доказывания.

Оценка доказательств по внутреннему убеждению означает принципиальное отрицание теории формальных доказательств, суть которой в том, что сила, значение доказательств разного вида заранее устанавливаются законодателем, а суд, разрешая дело, обязан исходить из этой заранее предписанной оценки.

Так, в средневековом процессе решающее значение имело признание обвиняемым своей вины, которое считалось полным, «совершенным» доказательством, достаточным для обвинительного приговора. Другие источники доказательств оценивались как какая-то часть (половина, четверть и т. д.) «полного» доказательства. Такие правила, связывая свободу судей в оценке обстоятельств конкретного дела, вели к формальным, несправедливым решениям.

Известно, что теория формальных доказательств, по которой всякое доказательство оценивалось количественно, дробью, выражающей ее отношение к «лучшему доказательству» – признанию виновного, была решительно отвергнута в России введением в 1864 г. Судебных уставов.

Оценка доказательств по внутреннему убеждению означает, что производящие ее субъекты не связаны заранее установленными правилами о силе, значении тех или иных доказательств и о том, каким из них отдавать предпочтение, а какие отклонять в случае противоречий в доказательствах. Вопрос о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, доказанности тех или иных обстоятельств решается каждый раз конкретно в зависимости от обстоятельств дела.

Суд, следователь, прокурор, дознаватель не связаны также чьим-либо мнением об оценке доказательств по конкретному делу, и эта оценка образует их исключительную компетенцию. Доказательства оцениваются по внутреннему убеждению тем, в чьем производстве находится дело, и никто не вправе требовать от него выводов, не соответствующих его личному убеждению. Если судья не убежден в безошибочности своего мнения, то он не вправе принимать решение, зависящее от оценки доказательств. Тогда необходимы дополнительное исследование, поиски новых доказательств, устранение возникших сомнений.

Определение достаточности доказательств. Определение достаточности доказательств – существенный элемент оценки доказательств. Окончательное признание добытых доказательств достаточными для решения дела, по существу, означает убеждение в том, что пределы доказывания достигнуты, а все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, доказаны с необходимой полнотой.

Задача судебного исследования в целом, а следовательно, и предварительного расследования как его части, – установить объективную истину. Если знание следователя о расследуемом преступлении носит характер вероятностного, это означает, что:

• процесс доказывания не завершен и должен быть продолжен, поскольку вероятностное знание не может быть положено
в основу приговора;

либо

• что достаточных доказательств для установления истины собрать не удастся, что служит основанием для временного или окончательного прекращения работы по делу.

Нужно различать, что имеется в виду, когда идет речь о достаточности доказательств.

Очевидно, следует различать достаточность доказательств для принятия решения об окончании процесса доказывания и направлении дела в суд и достаточность для принятия всех иных, как процессуальных, так и тактических решений по делу. Причем в названном выше случае, когда речь идет о приостановлении дела или о его прекращении за недоказанностью участия обвиняемого в совершении преступления, следует, скорее, говорить о недостаточности доказательств, как основании решения.

Для формирования внутреннего убеждения совсем не требуется собрать все относящиеся к делу доказательства. Здесь действует принцип разумной достаточности: собирание доказательств прекращается после того, как установлен предмет доказывания в необходимых по данному делу пределах.


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Собирание доказательств | Понятие и сущность юридической силы доказательств

Дата добавления: 2014-04-19; просмотров: 569; Нарушение авторских прав




Мы поможем в написании ваших работ!
lektsiopedia.org - Лекциопедия - 2013 год. | Страница сгенерирована за: 0.009 сек.