Студопедия

Главная страница Случайная лекция


Мы поможем в написании ваших работ!

Порталы:

БиологияВойнаГеографияИнформатикаИскусствоИсторияКультураЛингвистикаМатематикаМедицинаОхрана трудаПолитикаПравоПсихологияРелигияТехникаФизикаФилософияЭкономика



Мы поможем в написании ваших работ!




Государства в современной политической системе мира

Читайте также:
  1. I. ПОНЯТИЯ ОБЩЕСТВА,ГОСУДАРСТВА И ПРАВА
  2. IV. В теории правового государства выделяются следующие элементы: принцип верховенства права, разделения власти на 3 ветви, независимости суда, конституционного статуса граждан.
  3. PR в системе интегрированных маркетинговых коммуникаций.
  4. Pr.). - Обязательство — это правовые узы, в силу которых мы связаны необходимостью что-либо исполнить в согласии с правом нашего государства.
  5. Администраторство и лидерство в системе менеджмента организации
  6. Анатомия и визуализация. Возможности современной медицины в изучении анатомии живого человека.
  7. Антиинфляционная политика государства в 2014 году
  8. АНТИЦИКЛИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА ГОСУДАРСТВА
  9. Безопасность, обеспечение безопасности социальной системы, угрозы системе
  10. Борьба сыновей Владимира. Ярослав и Святополк. 1015 – 1019 гг.

Лекция 3. Множественность участников на современной мировой арене.

 

1. Государства в современной политической системе мира.

2. Межправительственные организации в современной политической системе мира.

3. Неправительственные участники в современной политической системе мира

4. Множественность участников как фактор изменения политической структуры мира.

 

Согласно международному праву, все государства обладают суверенитетом и равны между собой. Однако, как нередко шутят политологи, перефразируя известное выражение Дж. Оруэлла, все государства, безусловно, равны, но некоторые из них «равнее».

Действительно, государства различаются по многим параметрам, в том числе — политическому влиянию, военной мощи, экономическому потенциалу, территории и т.д. Очевидно, что многие из этих параметров взаимосвязаны. В период холодной войны распространенным было выделение сверхдержав (СССР, США), крупных государств (Франция, Канада и др.), малых (например, Марокко, Лихтенштейн). После окончания холодной войны подобная классификация стала утрачивать смысл. Все более значимым становится экономический фактор.

Всемирный банк; Международный банк реконструкции и развития выделяет три основные категории государств в зависимости от ВВП на душу населения в год:

• с низким уровнем доходов (765 долл. США и ниже):

• средним (от 766 до 9385 долл. США): эта группа разбивается часто на две подгруппы;

• высоким уровнем доходов (выше 9386 долл. США).

Примерно 40% государств с населением более 55% от всей численности людей на Земле попадают в первую категорию, в то время как государства с высоким уровнем доходов составляют примерно 15%. Большинство стран с высоким уровнем доходов являются членами международной Организации экономического сотрудничества и развития — ОЭСР так называемого «клуба богатых».

Сегодня и государственно-центристская модель мира, и само государство претерпевают серьезные изменения. Продолжается процесс формирования новых государств. В ХХ столетии интенсивный процесс возникновения новых государств прошел в 1960-х годах, как следствие крушения колониальных империй. В конце ХХ в. этот процесс обусловлен во многом дезинтеграцией бывших социалистических стран (СССР, бывшей Югославии, Чехословакии). В 1990-х годах вновь появилось более 20 новых государств.

Некоторые, независимо от того, когда возникли (следует иметь в виду, что вообще большинство современных государств было образовано только в ХХ столетии), порой оказываются крайне слабыми. Для них часто характерны развал политических институтов, законодательной системы; межобщинные конфликты; проявление национализма. Примерами могут служить Сомали, Афганистан, Руанда и др. В литературе такие государства получили название несостоявшихся или нежизнеспособных. Будучи слабыми, они создают угрозу стабильности для других.

Кроме того, сейчас в мире существует немало национальных образований, которые лишь стремятся получить статус государств. По некоторым прогнозам, приводимым американскими авторами Ч. Кегли и Ю. Уитткопфом, количество государств в мире может увеличиться и к 2005 г. достигнуть 800. Согласно другим прогнозам, мир к 2100 г. вообще будет состоять из отдельных городов-государств.



Многие авторы обращают внимание на то, что современное государство не может достаточно эффективно действовать в сфере охраны окружающей среды, обеспечения экономического роста и в других областях. Наряду с государством этими вопросами активно начинают заниматься межправительственные и неправительственные организации, различного рода движения и т.п. Они играют все более важную роль на мировой арене, воздействуя на международную среду и ограничивая деятельность государств. В связи с этим говорится об утрате государством ряда своих полномочий, ограничении понятия суверенитета и даже об исчезновении государства как такового в том виде, в котором мы привыкли его видеть. Этой точки зрения придерживается, например. Л. Л. Хоуэлл.

Впрочем, существуют и возражения относительно слабости и угрозы «исчезновения» государства. Согласно этим представлениям, оно продолжает сохраняться, так как существуют государственные границы; количество государств становится не меньше, а больше; расширяются их функции в экономической в социальной сферах; увеличиваются возможности воздействовать на своих граждан с помощью электронных средств; государства сами активно создают международные институты и режимы; наконец, нет такого актора, которому могут быть переданы властные полномочия государства, и т.п. Такое мнение нашло отражение, например, в материалах МВФ, опубликованных в 1997 г. Иными словами, вторая точка зрения сводится к тому, что ничего существенного в плане реализации государством своих функций не происходит, и мы всего лишь возвращаемся «назад — в будущее».

И все же развитие мировой политической системы конца ХХ - начала ХХI в. бросило серьезный вызов базисному атрибуту государства как основному (а ранее и единственному) участнику международного взаимодействия — государственному суверенитету. Изменяется то, что веками казалось незыблемым. В современном мире государства вынуждены все более считаться, с одной стороны, с международными организациями и институтами (в результате происходит ограничение суверенитета «сверху»), с другой - со своими же внутригосударственными регионами, которые активно выходят на международную арену, развивая торговые, культурные и другие отношения (ограничение суверенитета «снизу»). Кроме того, государства вынуждены принимать во внимание нужды, интересы других участников международных политических процессов — транснациональных корпораций, неправительственных организаций и т.д.

Отечественный исследователь Ю. А. Борко пишет, что возможности государства в современных условиях оказываются ограниченными «во всех сферах его деятельности:

• в обеспечении национальной безопасности в традиционном понимании данного термина;

• в создании условий для экономической безопасности и устойчивого развития экономики;

• в поддержании внутреннего порядка, подрываемого преступностью и терроризмом, коррупцией, нелегальной иммиграцией и т.п.;

• в гарантировании гражданских свобод и прав человека;

• в защите окружающей среды ради экологической безопасности».

Этот список может быть продолжен за счет других сфер. В том числе тех, которые также традиционно были в «ведении» государства (здравоохранение, образование и т.д.).

Вслед за эрозией государственного суверенитета оказываются размытыми нормы и принципы международного права одного из компонентов, призванного стабилизировать мировое развитие. На практике эти нормы и принципы все с большей очевидностью вступают в противоречие друг с другом. Например, права наций на самоопределение, с одной стороны, и сохранение целостности государства — с другой; принцип невмешательства во внутренние дела и оказание гуманитарной помощи; соблюдение прав человека и силовое вмешательство в конфликт с целью сохранения мира (Устав ООН, глава УII), а также проблема характера этого вмешательства (наличие санкций ООН, возможности использования ВВС, ВМС, таких действий, как «вытеснение» вооруженных группировок, «превентивная самооборона обеспечение доставки гуманитарных грузов, «принуждение к миру» и т.п.). Один из наиболее ярких примеров проявления этих и других противоречий — силовое вмешательство во внутренние конфликты в конце ХХ столетия, прежде всего в Косове.

Размывание суверенитета ставит и проблему идентичности. Мир, заключенный в Европе после Тридцатилетней войны и положивший начало системе национальных государств, как замечает румынский исследователь М. Малица, привнес в жизнь нечто новое, а именно — чувство принадлежности к той или иной стране. В эпоху безраздельного господства национального государства идентификация основывалась во многом на осознании принадлежности к тому или иному государству. В конце ХХ в. происходит размывание государственной идентичности. Английская исследовательница Сьюзен Стрэндж указывает на то, что государства уже не могут требовать к себе такой лояльности, которая превышала бы ее в отношении граждан к семье, фирме и т.п. Исключение составляют лишь некоторые государства. В этом плане ее точку зрения разделяют французские исследователи А. Дьекофф и К. Жаффрело, говоря об ослаблении связей гражданина с его государством.

Ослабление «государственной» идентичности нередко сопровождается формированием ее в ином качестве корпоративной, региональной, национальной, а в некоторых случаях и глобальной (космополитической) — и идет весьма противоречиво. По этой причине целый ряд исследователей говорят о потере идентичности, появлении «расщепленной» самоидентификации, что на психологическом уровне ведет к неуверенности, сомнениям, потере чувства идентичности. Американский автор А. Франк пишет в связи с этим, что «наша психика и даже тело, похоже, все больше и больше основываются на расколотой и мозаичной самоидентификации. В нашей душе борются разные пласты лояльности: к семье, этнической группе, нации, церкви, транснациональной корпорации, к той или иной организации, вероятно, даже к институтам, опирающимся на общечеловеческие идеалы гуманизма».

Как следствие, идентификация, особенно в критические моменты, нередко идет по одному, наиболее очевидному основанию, на пример этническому или религиозному. Это влечет за собой открытые формы конфликтов. Не случайно возникшие в 1990-х годах конфликты получили название конфликтов идентичности. В наиболее ярком виде этот конфликт, где основанием для идентификации является принадлежность к той или иной цивилизации, описал в гипотетическом сценарии С. Хантингтон.

В то же время в такой множественной идентичности есть свои положительные моменты. На них обращает внимание, в частности, директор Института этнологии в антропологии РАН В. А. Тишков, замечая, что выбор оснований самоидентификации ситуативен. В результате один и тот же человек оказывается сразу в не скольких «пересекающихся» общностях, которым из-за своей «размытости» сложно конфликтовать друг с другом, по крайней мере, в открытой форме. В конечном же счете «множественная» идентификация может вести к идентификации более высокого уровня, куда входят все эти общности, или к некоей глобальной или космополитической самоидентификации.

Однако на сегодняшний день такая космополитическая идентичность, т.е. ощущение принадлежности к миру вообще, пока не сформирована. Самый большой процент людей, которые ощущают себя «гражданами Земли» по данным социологических опросов В. О. Рукавишникова, Л. Халмана и П. Эстера, в США составляет всего 15,4%.

Эрозия национального суверенитета сопровождается одновременно стремлениями самого государства к его сохранению, поскольку с точки зрения любого государства размывание национальных границ, утрата, пусть и частичная, национального суверенитета крайне нежелательны. В результате государства, хотя и по-разному, но практически всегда негативно реагируют на размывание суверенитета, пытаясь отвечать на вызовы, искать новые средства и методы для сохранения своих властных полномочий. Порой возникает искушение противиться ослаблению суверенитета через диктатуру. В результате подобных действий возможно возникновение крайне коррумпированных режимов и квазигосударств, которые, используя предоставляемые им суверенитетом правовые гарантии, стремятся к поддержанию власти любым путем, создают тем самым очаги терроризма и нестабильности.

Таким образом, мир действительно сталкивается с явлением, которое может быть названо «размыванием» государственного суверенитета. С этим следует согласиться, если под данным термином понимать то, что американский исследователь С. Д. Краснер назвал вестфальским суверенитетом. Иными словами, такую политическую организацию, которая основана на том, что внешние акторы фактически не могут воздействовать на внутреннюю политику вообще, а если могут, то крайне ограниченно. Впрочем, такое размывание вестфальского государственного суверенитета (или суверенитета в его классическом понимании) началось не сегодня. Анализируя итоги Первой мировой войны, известный английский дипломат и ученый Г. Николсон писал, что еще в тот период «изменилось содержание суверенитета (понятие суверенной власти)».

Итак, размывание вестфальского суверенитета в современном мире означает не исчезновение его, как такового, а, скорее, изменение содержания в связи с процессом фактического перехода части функций государства к другим акторам. Наряду с этим государство приобретает ряд возможностей, которыми не обладало ранее. Например, используя современные технологии (пластиковые карты, сотовые телефоны и т.п.), можно довольно легко отслеживать передвижение граждан. В связи с этим в обозримом будущем вряд ли следует ожидать исчезновения, как государственного суверенитета, так и самого государства. Иллюзии относительно возможностей создания некоего «надгосударственного» центра в виде международной организации или «глобального правительства» остались в прошлом. Этой точки зрения придерживаются даже те исследователи, которые работают в рамках неолиберальной концепции и особо подчеркивают растущее многообразие участников взаимодействия на международной арене. Так, Й. Фергюсон и Р. Мэнсбах пишут, что суверенное государство продолжает существовать, несмотря на все вызовы, которые испытывает именно в силу того, что как политическая структура способно мобилизовать и материальные, и человеческие ресурсы. С момента возникновения Вестфальской модели мира государство способствовало развитию торговли, собирало налоги, обеспечивало безопасность своих граждан. Благодаря своей эффективности, считают исследователи, эта форма политической организации распространилась из Европы на другие континенты, включив существовавшие там нормы политической организации.

Государство остается основной формой политической организации современного общества, главным актором на мировой арене. Но одновременно оно изменяется и развивается, адаптируется к новым условиям и приспосабливает их к себе. Не исчезает, а лишь видоизменяется и наполнение понятия «государственный суверенитет». Основная проблема заключается в том, по какому пути пойдет это развитие, как государство будет взаимодействовать с другими участниками мировой политической системы, которые все отчетливее заявляют о себе.


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
XX век: развитие западного и российского ПР | Межправительственные организации в современной политической системе мира

Дата добавления: 2014-03-04; просмотров: 1347; Нарушение авторских прав




Мы поможем в написании ваших работ!
lektsiopedia.org - Лекциопедия - 2013 год. | Страница сгенерирована за: 0.003 сек.