Общество как система. Общество есть основополагающая категория теоретической социологии

Общество есть основополагающая категория теоретической социологии. Это человеческая общность, которую образуют люди и в которой они живут. Обществом является не любая механическая совокупность людей. Это такое объединение, в рамках которого происходит более или менее постоянное, устойчивое и тесное взаимовлияние и взаимодействие людей.

В повседневной жизни общество трактуется достаточно широко и многозначно. В социологии под обществом понимается объединение людей, характеризующееся следующими признаками:

а) общностью территории их проживания (обычно это территория государства, в рамках которого складываются и развиваются взаимоотношения членов данного общества);

б) целостностью и устойчивостью, коллективным единством;

в) самовоспроизводством, самообеспеченностью (самодостаточностью), саморегулируемостью;

г) определенным уровнем развития культуры, который находит свое выражение в выработке системы норм и ценностей, лежащих в основе социальных связей.

Понятие «общество» тесно связано с такими категориями, как «страна» и «государство». Тем не менее их следует разграничивать.

«Страна» – понятие, отражающее географическую характеристику части земной поверхности, определенной границами государства.

«Государство» – политологическая категория, в которой на первый план выступает система организации политической власти, закрепленной на определенной территории, где поддерживается юридический порядок.

«Общество» – понятие, непосредственно характеризующее социальную организацию страны.

В социологической науке нет единого мнения в вопросе определения первоосновы общества. Э. Дюркгейм, например, считал, что общество – это надиндивидуальная духовная реальность, основанная на коллективных представлениях. Георг Зиммель (1858 – 1918) сводил общество к совокупности взаимодействующих индивидов, преследующих самые разнообразные цели. У него общество – это взаимодействие индивидов, руководствующихся своими целями, мотивами, которые требуют от человека действий с другими людьми, против других людей. Институциональная школа рассматривала общество как систему социальных институтов и организаций, поскольку именно они гарантируют устойчивость, постоянство отношений между людьми, устанавливают устойчивую структуру всевозможных форм коллективной жизни. Общество – это большая совокупность людей, осуществляющих совместно социальную жизнь в пределах ряда институтов и организаций.

Многогранность такого явления, как общество, требует системного подхода к его изучению. Система – это устойчивая совокупность элементов, находящихся в отношениях и связях друг с другом, образующих целостность и единство. Однако всегда остается открытым вопрос, где находится источник системной организации общества. Является ли системная связанность социальных элементов общества объективно заданной его характеристикой или системность не более чем свойство нашего сознания, вносящего в социальный мир некую упорядоченность в соотствие с субъектвными возрениями, предрасположенностями, способами видения и оценками окружающего нас мира?

Одним из первых, кто пытался рассмотреть общество как систему был основатель социологии О.Конт. У него общество выступает как единый целостный социальный организм. В такой системе нет ни одного лишнего элемента и нет ничего, без чего общество не может обходиться. Такой биологический взгляд на общество привел к функциональному подходу, закрепившемуся в качестве основного, когда общество стало рассматриваться как некая совокупность элементов, при этом каждый элемент обязательно выполняет какую-либо функцию в рамках и во имя социального целого. Спонтанная система связей и отношений здесь во внимание не берется, не говоря уж о сознании, которое вообще отодвигается на последний план.

К функционалистским исследованиям примыкает фундаментальный труд одного из классиков современной социологии Никласа Лумана (1927 – 1998) «Общество общества». Немецкий ученый пытался как раз преодолеть жесткую заданность структурного функционализма и учесть спонтанные, случайно возникающие отношения. Ключевыми понятиями его социологии выступают «комплексность» и «контингенция». Под комплексностью Н. Луман понимает непрерывный социальный процесс, который лежит в основе всякого порядка, в том числе при его зарождении. Возникающее межличностное взаимодействие на фоне еще не редуцированной комплексности (еще при отсутствии общества) носит во многом случайный характер, контингентный. Контингенция – это возможность, несвязанная с необходимостью. Поэтому контактируя, индивиды всегда могут изменить контингенцию. Н. Луман переосмысливает интеракционистскую концепцию, утверждающую, что индивиды строят свое поведение в соответствие с ожидаемым поведением другого. Ученый полагает, что в момент возникновения контакта нельзя пытаться угадать ожидания другого. Пока не появится какой-то принцип порядка, не существует никаких правил прогнозирования личностного поведения. Где все возможно, там нет ожиданий и коммуникаций. Общество как система коммуникаций возникает лишь в тот момент, когда индивиды вступают во взаимные отношения.

Основным фактором создания социальной системы является ее функция, задача которой очертить определенный сектор комплексности с целью его последующего упрощения (редуцирования). Невозможно, чтобы все занимались всем. Каждая функциональная подсистема (политика, право, системы интеракций, организации и т.п.) стремится включить в себя коммуникации, специфичные только для себя, но, одновременно с этим, исключить коммуникации иного рода. Поэтому каждая подсистема проводит свой секторальный анализ и тем самым упрощает «свою часть комплексности». Другие подсистемы будут воспринимать данную часть комплексности уже как редуцированную. В результате генезис систем есть не что иное, как «функциональная специализация с целью редуцирования комплексности».

Таким образом, структура у Н. Лумана оказывается не фактором устойчивости, а выступает как ограничение допустимых в системе отношений. Это резко отличает функционализм Н. Лумана от структурного функционализма Т. Парсонса. Отрицание необходимости всего сущего, его способность быть и другим (контингенция) противостоит традиционному восприятию мира, жестко соединенного внутри себя причинно-следственными связями. Ученый отрицает значимость понятия «субъект» в качестве предметного основания социального исследования. Общество у Н. Лумана сводится не к взаимодействию людей, а к сети самовоспроизводящихся коммуникаций.

Таким образом, классическая социология вычленят различные аспекты общества и рассматривает его как объективную данность, составными элементами которой являются люди, социальные связи, действия, отношения, социальные институты, организации, социальные группы, общности, нормы, ценности и т.д. Общество как социальная система может быть представлена как большая упорядоченная совокупность социальных явлений, процессов и коммуникаций, более или менее тесно взаимосвязанных и взаимодействующих друг с другом и образующих единое социальное целое.

Широкую известность в нашей стране приобрело определение, данное в свое время одним из организаторов советской социологической ассоциации академиком Геннадием Васильевичем Осиповым (р. 1929). Общество – это установившаяся в процессе исторического развития, относительно устойчивая система социальных связей и отношений, больших и малых групп людей, поддерживаемая обычаями, традициями, законами, социальными институтами, определяемая особенностями производства материальных и духовных благ.

Общество обладает рядом фундаментальных признаков:

1. Территория, которая создает социальную локализацию индивидов и групп, порождая тем самым сдерживающие факторы социального взаимодействия.

2. Многообразие социальных связей и отношений, что предполагает существование различных форм организации людей, в рамках которых они способны удовлетворять свои потребности.

3. Самостоятельность, самовоспроизводство и саморегулирование, что обеспечивает сохранение и поддержание ранее сложившихся структур и включение новых социальных образований в систему социальных отношений. Это осуществляется посредством контроля, управления, специальных институтов и организаций, поддерживающих порядок и самостоятельность общества.

Существование общества и поддержание его жизнедеятельности возможно только при соблюдении ряда условий, среди которых можно выделить следующие:

а) природные, к которым относятся: географическая среда, природные условия, экология, обеспечивающие общество сырьем для общественного производства и продуктами питания;

б) демографические, которые могут создать серьезные помехи обществу, как малочисленностью населения, так и его избытком;

в) исторические условия;

г) технические, без которых невозможно социальное развитие и которые способны оказывать влияние на моральное и интеллектуальное состояние общества.

Самовоспроизводство общества осуществляется на трех основных уровнях: статусно-ролевом, институциональном и социетальном. На статусно-ролевом уровне происходит стандартизация социальных взаимодействий, поведения индивидов, согласно принятым нормам и правилам. Общество здесь представлено организованными статусами и ролями. На институциональном уровне обеспечивается воспроизводство общества посредством формальных и неформальных правил, стандартов поведения, существования устойчивых социальных общностей и организаций. На социетальном уровне реализуются способы организации связей между институтами и общностями, важнейшими из которых выступают культура и власть.

Самовоспроизводство общества осуществляется посредством ряда необходимых дифференцированных функций. Дифференциация общественных функций сопровождается созданием безличных структур: экономических, юридических, политических и других институтов, выступающих в качестве носителей этих функций. Включенные в функционирование этих структур люди осуществляют свои функции не изолированно, а взаимодействуя друг с другом, устанавливая определенные социальные связи. Социальная связь – это набор факторов, обусловливающих совместную деятельность в конкретных общностях для достижения тех или иных целей. Установление социальных связей диктуется социальными условиями, в которых живут и действуют индивиды.

Социальная связь может выражаться в различных формах: как в виде социального контакта, когда дело идет о поверхностных связях людей, не оказывающих существенного влияния на их жизнь и деятельность (например, контакты зрителей в театре, посетителей с лифтером и т.п.), так и в виде социального взаимодействия. Социальное взаимодействие – это система взаимообусловленных социальных действий, при которой действия одного субъекта одновременного являются причиной и следствием ответных действий других. Социальные взаимодействия, отличающиеся длительностью, устойчивостью, взаимовозобновляемостью, широтой содержания социальных связей называют социальными отношениями.

Общественное взаимодействие и общественные отношения носят надличностный характер. Для них характерны коррелятивные связи, взаимные требования и ожидания. В этом случае взаимозависимости возникают без сознательного стремления и субъективных намерений сторон. В противном случае социальные отношения уже рассматриваются на психологическом уровне. Одни ученые отдают предпочтение изучению объективно существующих отношений в обществе, другие предпочитают делать акцент на субъективной стороне человеческой деятельности.

Общество обладает относительной самостоятельностью по отношению к составляющим его элементам. Оно постоянно воспроизводит социальное качество своих структур, групп и индивидов, обеспечивая адаптацию субъектов социальных отношений к формам и способам функционирования системы и ее структурных элементов.

Большое значение для социологии имеют социальные изменения. Их следует отличать от изменений, происходящих в обществе, от политических, экономических изменений и т.д. Социологию интересуют изменения социальных систем, социальной стратификации, общностей, процессов, институтов, организаций, их взаимодействий. Социальные изменения бывают четырех видов:

1) структурные (изменения в структуре семьи, класса, власти, социальных институтов);

2) процессуальные (изменения в сфере социального взаимодействия: конфликта, подчиненности и т.д.);

3) функциональные (изменения в функциях различных социальных систем, институтов, организаций);

4) мотивационные (изменения потребностей, интересов, мотиваций).

По своему характеру, динамике, внутренней структуре, степени влияния на общество социальные изменения можно подразделить на две большие группы – эволюционные и революционные. Эволюция – это постепенное накопление однокачественных изменений; революция – относительно быстрое, скачкообразное, коренное изменение, предполагающее ломку социального объекта.

Эволюционные изменения могут быть стихийными, но могут и организовываться сознательно, как, например, в случае социальных реформ. Эволюционные социальные изменения не следует понимать как линейную, универсальную последовательность по восходящей линии в духе теории общественного прогресса Г. Спенсера. Сам процесс накопления изменений расщеплен на два подпроцесса: формирование инноваций (новых элементов) и их отбор. Инновационные изменения предполагают зарождение, появление и укрепление новых форм. Отбор обеспечивает сохранение одних элементов и отсев других – нежизнеспособных, вредных или менее значимых в конкретной ситуации.

Источниками социальных изменений могут быть физическая среда, экономические, политические, идеологические, культурные факторы, а также факторы, находящиеся внутри сферы социальных структур и отношений общества, например, конкуренция. В марксистской литературе главным источником социальных изменении называли классовую борьбу. В современных социологических исследованиях особо выделяются технологические, идеологические и культурные факторы.

Влияние научно‑технического прогресса на социальную жизнь общества стало заметно в эпоху промышленного переворота XVII – XVIII вв. Появление машин, электричества коренным образом изменило жизнь общества. Научно‑технические нововведения привели к консолидации и интеграции внутри различных общностей, но вместе с тем изменили характер отношений между ними, обострили борьбу между группами, классами и государствами. Новая техника расширила возможности общения, обмена информацией и культурными ценностями, изменив весь характер коммуникаций между людьми.

Нынешнее время характеризуется растущей глобализацией, в основе которой лежит развитие экономических связей. Уходит в прошлое непроницаемых границ национальных государств, уже давно сложилась мировая система торговли. Международные соглашения закрепили свободное движение капитала, товаров, рабочей силы между большинством стран. Межкультурные коммуникации, Интернет создали единое информационное пространство.

Главной движущей силой глобализации стал капитал и свободный рынок, который в силу экономических законов объективно создает конкурентные преимущество экономически развитым странам и корпорациям, и лишает экономически уязвимые общества возможности защищаться, используя государственные границы. Это ведет к установлению экономической зависимости одних стран от других, выкачиванию ресурсов из неиндустриальных обществ, растущей поляризации человечества и концентрации богатства, многократно превышающего разумные потребности человека, в руках немногих на фоне усиливающейся бедности в странах третьего мира. Страны так называемого «золотого миллиарда» потребляют львиную долю всех ресурсов на планете, которые являются в большинстве своем невозобновляемыми. Почти 90% всех богатств мира сосредоточены в Северной Америке, Европе и быстроразвивающихся странах Азиатско-Тихоокеанского региона, таких как Япония и Австралия. Это 20 % населения планеты. Половина богатства всего мира сосредоточена в руках 2% населения Земли. На долю беднейших стран (20 % населения планеты) приходится всего 1% мирового благосостояния.

В основе такого расслоения человечества лежат два фактора:

а) неконтролируемый рост численности населения;

б) система ценностей и представлений либерально-потребительского общества, литимизирующая рост потребления, уничтожение лесов, плодородных почв, выкачивание последних ресурсов, эксплуатацию других народов и т.д. в погоне за прибылью. Причем наиболее заинтересованными в такой модели являются не самые беднейшие страны, а те общества и те социальные группы, объемы потребления которых не только удовлетворяют все материальные потребности, но и значительно превосходят их. При этом ежегодно более 10 миллионов детей умирают в младенчестве или в раннем детстве вследствие болезней, вызванных либо тем, что они голодают, либо что голодают их матери. Огромные массы продовольствия в западных странах уничтожаются или хранятся неопределенно долго, тогда как в других частях мира люди голодают. Причина такого парадокса в самой организации капиталистической системы хозяйства. Фирмы агробизнеса, действующие в странах третьего мира, ориентированы на экспорт для западных рынков, а не на стимулирование местного сельскохозяйственного производства.

Важнейшим фактором социальных изменений является идеология. Идеология – это совокупность взглядов, идей, отражающих отношение людей к действительности и друг к другу. Идеологические доктрины, идеалы, программы выступают тем непосредственным импульсом, которым руководствуются многие политические партии и общественные движения, осуществляющие радикальные преобразования во всех сферах жизнедеятельности общества. С помощью идеологии социальные группы и классы либо требуют изменений, либо сопротивляются им. Однако эта роль идеологии в социальных переменах не всегда отчетливо заметна.

К числу культурных факторов социальных изменений относятся религия, стили мышления и сознания. Многие формы религиозных верований и практики были тормозом на пути перемен, поскольку подчеркивали в первую очередь необходимость придерживаться традиционных ценностей и ритуалов. Однако, по-мнению М. Вебера, религиозные убеждения часто способствовали мобилизации общества для совершения перемен.

Среди культурных факторов, воздействующих на характер и темпы перемен, особую важность имеет природа системы коммуникаций. Так, изобретение письменности повлияло на социальные процессы сразу в нескольких планах. Оно позволило вести записи, наладить более строгий учет материальных ресурсов и создать социальные организации большого масштаба. Кроме того, письменность изменила восприятие прошлого, настоящего и будущего. Осознание общности своей судьбы часто служило толчком к ощущению общей «линии развития», которой следовало данное общество и которую могли стремиться сохранить и продолжить различные социальные группы.

Влияния культуры на социальные процессы очень ярко проявляется в урбанизации, развитии и росте городов. Современные индустриальные общества весьма урбанизированы, во многих странах сложились крупнейшие мегаполисы. Этим термином называют скопления городов – конурбации, простирающиеся порой на сотни километров, как это имеет место на северо-восточном побережье США.

Рост городов, появление мегаполисов оказало огромное влияние не только на привычки и стереотипы поведения, но и на образ мышления и мироощущения людей, существенно изменив не только городскую культуру, но и национальную. Крупные города явились следствием массовой миграции, интернациональной по своему происхождении. Отсюда утверждение космополитизма – продукта городской цивилизации.

В современной социологии урбанизм является предметом тщательного изучения. Можно выделить несколько подходов в рассмотрении данного явления. Большой вклад в современную урбанистку внесли представители Чикагской школы. Роберт Парк (1864 – 1944), разработчик такого направления, как урбанистическая экология, проводил прямую параллель между городом и природой. Принципы, которые управляют процессами, происходящими в природе: возникновение и высыхание озер, рек, размножение тех или иных видов птиц, животных, изменения среды их обитания, – аналогичны процессам возникновении и развития городов. Городские поселения находятся в тесной зависимости от окружающей среды и растут сообразно ее свойствам. Обширные зоны городской застройки в современных обществах имеют тенденцию развиваться вдоль берегов рек, на плодородных равнинах, на пересечении торговых путей или железных дорог.

Население города тоже формируется в зависимости от потребности города в тех или иных социальных типах, которые расселяются по районам, какие им больше всего подходят. Поэтому случайных людей в городе нет. Сильные захватывают наиболее привлекательные экологические ниши, слабые оттесняются на периферию жизни.

Город может быть представлен как совокупность районов, отличающихся друг от друга своими социальными характеристиками. На начальных этапах становления современных городов промышленность сосредоточивается в местах, удобных для доставки необходимого сырья, вблизи от дорог, по которым осуществляется снабжение. Население группируется вокруг этих промышленных зон, которые принимают все более и более разнообразные формы по мере роста численности городского населения. При этом зоны отдыха становятся соответственно все более и более привлекательными, и за обладание ими разворачивается все более острая конкуренция. Растут цены на землю и налоги на собственность, затрудняя семьям дальнейшее проживание в центре города. Исключение составляет лишь проживание в чрезвычайно стесненных условиях или в зданиях, приходящих в негодность, с низкой оплатой за жилье. В центре начинают доминировать бизнес и индустрия развлечений, а наиболее состоятельные жители перемещаются во вновь формируемые пригороды.

Формирование города Р. Парк рассматривал, как образование последовательных кольцевых концентрических областей, разделенных на секторы. В центре располагаются районы так называемого внутреннего города, в котором процветающий большой бизнес соседствует с приходящими в упадок частными домами. Вне этой зоны находятся сформировавшиеся позднее жилые кварталы, в которых проживают трудящиеся из низших слоев общества, имеющие постоянную работу. Далее начинаются пригороды, в которых селятся представители более состоятельных социальных групп. Процессы захвата своей экологической ниши и закрепления в ней происходят в секторах концентрических кругов. Так, по мере разрушения собственности в центральной или примыкающей к ней части города группы, состоящие из этнических меньшинств, могут начать продвижение в эти районы. По мере их перемещения туда все большее число прежних обитателей этой части города начинает покидать ее, ускоряя массовый выезд в другие районы города или его окрестности.

Данная модель урбанистического процесса была подвергнута острой критике за игнорирование факта сознательного проектирования городов. Считается, что она больше подходит для Америки и не всегда работает на европейском и тем более азиатском материале.

Другой подход рассматривает урбанизм как форму социального существования, как специфический образ жизни человека. Разработчиком этого направления стал Луис Вирт (1897 – 1952). В больших городах множество людей живет в непосредственной близости друг от друга, оставаясь в большинстве своем незнакомыми друг с другом. В этом состоит существенное отличие города от малых традиционных сельских поселений. Большинство контактов между горожанами носит быстротечный и поверхностный характер, и является скорее средством достижения целей, а не полноценными удовлетворительными взаимоотношениями.

Индивиды, живущие в городах, более мобильны, чем селяне, поэтому и связи между ними относительно слабы. Люди вовлечены в самые различные виды деятельности и ежедневно оказываются в различных ситуациях, поэтому в городе «темп жизни» выше, чем в сельской местности. Соперничество доминирует над сотрудничеством. Город, конечно, неоднороден. Насыщенность социальной жизни в городах ведет к формированию различных по своим характеристикам городских районов, и некоторые из них могут сохранять черты малых сообществ. Например, в местах проживания иммигрантов сохраняются традиционные типы связей между семьями, когда большинство людей знает друг друга лично. Однако чем интенсивнее эти районы включаются в городскую жизнь, тем меньше остается таких черт.

Выводы Л. Вирта также были подвергнуты критике за преувеличение обезличенности городов. Сообщества, основанные на тесной дружбе или родстве, более устойчивы в современном городе, чем предполагает Л. Вирт. Более того, они не просто следы предшествующего образа жизни, уцелевшие на какое-то время в городе, а довольно часто активно формируются самой городской жизнью.

Большой вклад в развитие современной урбанистики внесли неомарксисты географ Дэвид Харви (р. 1935) и социолог Мануэль Кастельс (р. 1942). Урбанизм, как считает Д. Харви, является одним из аспектов искусственности среды, порожденной распространением промышленного капитализма. Пространственный образ города обусловлен не только естественными рыночными отношениями, но, прежде всего, властью капиталистических монополий, руководствующихся следующими отношениями:

1) извлечение максимальной прибыли;

2) размещение предприятий с учетом близости сырьевой базы;

3) инвестирование непроизводственной деятельности, направленной на более эффективное использование городского пространства.

Эти стратегии оборачиваются увеличением преступности и экологического неблагополучия для бедных, живущих в городской черте. Д. Харви рассматривает городскую структуру как развивающийся процесс конфликтов и борьбы спекулянтов недвижимостью со спекулянтами землей, домовладельцев с потребителями, общественных и частных институтов с рыночными силами.

М. Кастельс, подобно Д. Харви, подчеркивает, что понять город, можно только осознав процессы, управляющие созданием и изменением пространственных форм. Архитектурно-планировочные решения городов и отдельных кварталов отражают борьбу различных социальных групп и конфликты между ними. Небоскребы могут быть построены, поскольку от них надеются получить прибыль, но гигантские здания, кроме того, «символизируют власть денег над городом, осуществляемую посредством технологии и самоуверенности, и являются храмами эпохи роста промышленного капитализма».

М. Кастельс, используя марксистскую методологию при анализе города, подчеркивал, что главная функция города – экономическая. В отличие от социологов чикагской школы, М. Кастелс рассматривал город не просто как отдельный населенный пункт, зону городской застройки, но и как составную часть процесса коллективного потребления, являющегося неотъемлемой чертой промышленного капитализма. Дома, школы, городской транспорт, места проведения досуга – везде люди «потребляют» изделия современной промышленности. Крупные корпорации, банки и страховые компании, которые финансируют строительство, оказывают огромное влияние на эти процессы. Капиталисты не очень охотно тратят средства на жилищное строительство, образование, здравоохранение, необходимые для воспроизводства трудовых ресурсов, что негативно влияет как на качество жизни рабочих, так и общество в целом, порождая социальную напряженность и угрозу для социальной стабильности. Поэтому правительственные учреждения также непосредственным образом влияют на многие стороны городской жизни, поддерживая социальную систему, инвестируя средства в муниципальное строительство, сферу образования, здравоохранение. Физический вид городов, таким образом, является продуктом рыночных сил и правительственной власти.

Однако характер искусственной среды есть не только результат деятельности состоятельных и влиятельных людей. М. Кастельс подчеркивал значение той борьбы, которую ведут социальные группы, лишенные привилегий, за изменение условий своей жизни. Проблемы города стимулируют самые разные социальные движения, озабоченные улучшением жилищных условий, протестующие против загрязнения воздуха, защищающие зеленые насаждения, борющиеся против такого строительства, которое искажает облик районов. Таким образом, города с точки зрения Д. Харви и М. Кастельса являются почти целиком искусственной средой, построенной самими людьми.

Рассмотрение вопросов общественных изменений невозможно без соответствующих оценок. Факт социального изменения, содержащий определенную оценку, фиксируется понятием социального развития.

Социальное развитие – это необратимое, определенно направленное и закономерное изменение объектов, приводящее к возникновению нового качества. Социальное развитие возможно как в прогрессивном, так и в регрессивном направлении. Прогресс – это развитие по восходящей линии к более сложному, совершенному. Регресс – развитие по нисходящей, разложение, упрощение.

Универсальным критерием развитости систем является формула: чем более развита система, тем меньше внешних затрат необходимо ей для своего функционирования. Однако это не всегда можно разглядеть. В современном обществе главным критерием развитости считается благосостояние личности, степень ее свободы и нравственного совершенства. Однако такой критерий не может носить объективный характер, так как он обусловлен господством антропоцентризма в современной культуре и потому подвергается осуждению со стороны ряда ученых за попытку поставить произвольно заданные критерии впереди изучаемой реальности.

Сама идея социального прогресса относительно новая. Она возникла только в XVII – XVIII вв. в эпоху Просвещения и во многом носила произвольный характер. Вера в прогресс стала наиболее устойчивой в XIX в., тогда и возникли представления о всеобщей истории, общемировых ценностях, неуклонном совершенствовании общества. Многие современные ученые весьма скептически воспринимают эту концепцию, считая ее мифологической, так как в основе веры в прогресс лежит произвольное вычленение отдельных фактов, которые связываются между собой в рационально организованный линейный порядок. Данная конструкция мыслиться как исчерпывающая характеристика реальности; факты, не вписывающиеся в данную схему (снижение остроты ума, неизменность человеческой природы, рост преступности, утрата многих достижений) попросту игнорируются.

В теоретической социологии нет единой точки зрения на проблему социального развития. Одни ученые считают, что общество развивается линейно по пути научно‑технического прогресса и растущей рациональности, другие полагают, что развитие носит циклический характер. Первые детерминируют социальное развитие техникой и разумом, вторые – культурой.

Теории модернизации рассматривают социальное развитие как процесс перехода от стабильного традиционного общества к непрерывно меняющемуся современному индустриальному обществу. Однако прежде чем рассмотреть традиционное общество следует остановиться на обществах, предшествовавших традиционным. К таким обществам относят первобытные общества, кое-где сохранившиеся и в наши дни, например, в Новой Гвинее.

Первобытные общества можно разделить на два типа: общества с присваивающей экономикой (охотники и собиратели) и общества с производящей экономикой (скотоводы и земледельцы). Переход от присваивающей экономики к экономике производящей начался примерно 10 тысяч лет тому назад и получил название неолитической революции.

Общества охотников, рыболовов и собирателей диких съедобных растений отличали следующие черты:

1. кочевой образ жизни;

2. отсутствие социального и имущественного неравенства;

3. коллективная (общинная собственность);

4. половозрастное разделение труда;

5. распределение продуктов по равнообеспечивающему принципу;

6. сотрудничество, как преобладающая форма социального взаимодействия;

7. авторитет «старейшин», старых и опытных людей племени;

8. решение всех вопросов общим собранием членов общины (прямая общинная демократия);

9. господство мистических воззрений.

Под влиянием формационной теории К. Маркса, отводившего решающую роль в организации общества уровню развития производительных сил, орудиям труда, в исторической литературе утвердилось мнение, что в первобытном обществе главной причиной социального равенства было отсутствие прибавочного продукта, материального излишка, вызванного примитивностью экономики. Новейшие исследования первобытных обществ рисует несколько иную картину. Охотники и собиратели жили в самых благоприятных районах и не нуждались в интенсивной трудовой деятельности. Уровень материального благополучия был очень высокий, но он не превышал необходимого для удовлетворения основных потребностей. Пищи добывали столько, сколько могли съесть. Добывание излишков не интересовало людей. Большую часть времени они тратили не на трудовую деятельность, а посвящали религиозным ритуалам, обрядам и церемониям. Так что объективно существующих материальных препятствий для имущественного неравенства в таком обществе не существовало.

Примечательно, что, несмотря на широкое использование оружия для охоты, между самими охотниками не было войн. Такие общества не знали ни специально обученных воинов, и оружие, используемое для охоты, редко применяли против людей. Даже добытый в одиночку охотничий трофей всегда делился с остальной частью группы.

Все это ставит под сомнение не только теорию прогресса, в основе которой лежит вера, что жизнь становится все лучше и лучше (для сравнения: древние греки тоже считали, что общество развивается линейно, только сверху вниз, от «золотого века» человечества к своему нынешнему состоянию всеобщего разложения). Налицо произвольная трактовка «естественных» прав личности, мифологичность тезиса о естественном происхождении права частной собственности, которая «священна и неприкосновенна» и широко распространенного в современном рыночном обществе представления, что человек по природе своей эгоист, рациональный максимизатор полезности. Все эти воззрения обусловлены примитивной экстраполяцией в прошлое современного видения и оценок социальной реальности и являются очередным историческим мифом, как и породивший их миф Т. Гоббса, что «человек человеку – волк», и соревновательность – естественное состояние общества.

Появление скотоводческих племен, переход к регулярному производству продуктов питания, обусловил переход к оседлому образу жизни земледельцев и установление контроля над некоторой территорией со стороны скотоводческих групп. При этом развитие скотоводства породило еще большую миграцию и столкновение одних скотоводческих обществ с другими. Родовые отношения остаются основными в организации общества, но постепенно над ними начинают выстраиваться территориальные связи, что в дальнейшем может привести к образованию государства. Тогда и появляется неравенство в распределении власти и собственности, войны, грабеж. Выделяются предводители племен, обладающие подчас огромной личной властью.

Земледельческие общества в отличие от скотоводческих были оседлыми и менее воинственными, хотя и здесь шло накопление богатства, даже в больших объемах, чем у скотоводов.

Традиционные общества, совершенно непохожие на первобытные, появляются в IV тыс. до н.э. В этих обществах есть города, сильно выраженное имущественное неравенство, складывается цивилизация (существует письменность, развиваются наука, искусства). Традиционное или доиндустриальное, общество характеризуется высокой структурной устойчивостью, обусловленной господством аграрного общественного уклада. Традиционное общество представляет собой малодифференцированную (община) или многоструктурную (феодализм) систему. С культурологической точки зрения и в той, и в другой традиционной системе сохраняется низкая подвижность культурных образцов, обычаев, способов действия, трудовых навыков. Преобладают предписанные модели поведения. Разделение труда присутствует, но оно относительно простое и тяготеет к закреплению (сословное, кастовое, цеховое разделение).

Традиционное общество тяготеет к вертикальным связям, что находит свое выражение в социальных иерархиях (вассальная ленная система европейского средневековья) и авторитарном политическом режиме, замкнутом на монархе, а в идеологической сфере на Боге. Отсюда огромная роль церкви, освящающая существующий порядок и закрепляющая его неизменность. Утверждаемые религией и обычаями традиционные ценности носят безусловный характер, принимаются на веру и утверждаются вопреки рациональной целесообразности. Это в первую очередь идеалы долга, чести, любви, преданности и т.д.

Традиционное общество – общество личных связей, отношения между людьми носят персонифицированный характер. Отсюда развитая система патронажа и покровительства, личной преданности при общей неразвитости безличных институциональных структур. Поэтому юридические нормы здесь неэффективны. К ним особо никто и не обращается. Все коллизии разрешаются через обращение к патрону на основе личных договоренностей. Феномен «блата», система покровительства, устройство на работу «по знакомству», сохраняющиеся в России – выраженные пережитки традиционного общества, получившие второе рождение в условиях общей дезорганизации социальных систем конца XX – начала XX вв.

Слабая дифференцированность традиционного общества обусловливает деление людей на «своих» и «чужих», которое осуществляется массовым сознанием по различным признакам. Это может противопоставление друг другу жителей двух деревень, лиц, принадлежащим к различным сословиям, профессиям, национальностям, исповедующим разные религии и т.д. Такое деление порождает дуализм норм, когда нормы для «своих» и для «чужих» существенно различаются. Например, у «своих» воровать нельзя, у «чужих» воровать можно.

Что касается современного или индустриального общества, то здесь единства в его понимании среди ученых. Сам термин «индустриальное общество» впервые ввел в оборот А. Сен‑Симон еще до возникновения социологии.

Один из теоретиков индустриального общества Раймон Арон (1905 – 1983) выделял следующие его черты:

1) бурное развитие промышленного производства;

2) рост городского населения;

3) развитая и сложная система разделения труда в обществе в целом при сильной его специализации, как в сфере производства, так и управления;

4) массовое производство товаров на широкий рынок;

5) механизация и автоматизация производства и управления;

6) научно‑техническая революция;

7) формирование национальной хозяйственной системы со свободной торговлей и внутренним рынком;

8) ослабление межклассовой напряженности вследствие становления общепринятых форм трудовых соглашений;

9) укрепление национального либерально‑демократического государства, провозглашение равных гражданских прав и демократизация общественной жизни.

Р. Арон обращал внимание не недопустимость отождествления индустриального общества с капиталистическим. Капитализм – лишь его ранняя, переходная форма, ограниченная обществами Европы XIX и начала XX вв. Капиталистическое общество – это общество, где индустриальное производство как преобладающая форма экономической организации находится в руках частных лиц, где предприниматель сразу и собственник, и главный субъект управления трудовым процессом и работниками. Но это совпадение собственности и управления, как считал Р. Арон, временно. С ростом масштабов индустрии собственность на капитал не гарантирует контроля над системами власти и авторитета на предприятиях. Промышленное производство, по крайней мере, в экономически ведущих фирмах‑гигантах начинают контролировать менеджеры‑администраторы. Такой переход власти из рук собственников в руки менеждеров получил название «менеджеральной революции».

С точки зрения теории индустриального общества существует определенная «логика индустриализации», которая ведет общества к увеличению сходства (конвергенции) в основных институтах, как бы ни различались они первоначально. Чем выше индустриализированы общества, тем больше тяготеют они к единообразию индустриального порядка. Отсюда многие ученые делали вывод о неизбежности постепенного сближения социалистической системы в СССР и капитализма на Западе и возникновения некоей промежуточной социальной реальности, сочетающей социалистические принципы с либеральными.

Характеристика индустриального общества тяготеет к выделению главным образом социально-экономических параметров, что затрудняет его сравнение с традиционным обществом, в котором экономике отводилась второстепенная роль. Исходя из принципов построения традиционного общества, в современном обществе можно выделить следующие черты:

1) преобладание горизонтальных связей, контрактная модель организации общества;

2) доминирование ценностей индивидуальной свободы и прав личности;

3) демократизация политической системы;

4) отсутствие сословных и иных социальных барьеров и привилегий для заключения сделок и изменения своего социального статуса;

5) исчезновение деления на «своих» и «чужих» по мере усиливающейся атомизации общества, установление универсальных правил, регулирующих отношения между индивидами;

6) широкие возможности и высокий уровень мобильности населения, в том числе вертикальной;

7) высокий динамизм общества, быстрая смена предпочтений, порождающая конфликт «отцов» и «детей»;

8) усиление расчетливости, прагматизма и утилитаризма в социальных отношениях, устойчивая тенденция к формированию homo oeconomicus (экономического человека), воспринимающего мир преимущественно в категориях «выгода» и «издержки» и стремящегося к максимизации первых и минимизации вторых.

Принципы построения теории индустриального общества нашли свое продолжение в теории постиндустриального общества. Единой концепции постиндустриального общества нет. Основателем данной теории был американский социолог Дэниел Белл (1919 – 2011), о взглядах которого и пойдет речь.

В основе концепции постиндустриального общества лежит представление о трех этапах общественного развития: доиндустриальном, индустриальном и постиндустриальном. В доиндустриальном обществе определяющим являлась сельскохозяйственная сфера с церковью и армией как главными институтами общества, в индустриальном обществе – промышленность с корпорацией и фирмой во главе; в постиндустриальном обществе – теоретические знания с университетом как главным местом их производства и сосредоточения.

Постиндустриальным Д. Белл называл стабильное общество с эффективной экономикой и сильным государственным аппаратом, где власть основывается на знании и компетенции. Переход от индустриального к постиндустриальному обществу начался в конце 1970 – 1980-х гг. в связи с информационной и телекоммуникационной революциями, появлением персональных компьютеров и новых средств связи. Сам Д. Белл считал свою концепцию футурологической, попыткой заглянуть в будущее на основе изучения современных тенденций социальных изменений.

Д. Белл выделял следующие признаки постиндустриального общества, построение которого прогнозировал к середине XXI в:

1) переход от товаропроизводящей к обслуживающей экономике, что означает преобладание в общем объеме ВНП сферы услуг над сферой производства, перемещение рабочей силы из сферы промышленности и сельского хозяйства в сферу услуг (торговля, транспорт, здравоохранение, образование и т.д.);

2) изменением в социальной структуре общества (классовое деление уступает место профессиональному);

3) повышение роли теоретического знания, как источника нововведений и определения политики в обществе, центральное место в социальной организации общества начинают занимать университеты;

4) усиление роли государства, введение планирования;

5) создаются новые интеллектуальные технологии, выступающие основным средством повышения качества жизни.

Именно технологиям Д. Белл отводил решающую роль. Технология – это совокупность приемов, методов воздействий, применяемых для достижения поставленных целей в процессе социального планирования и развития, решения разного рода социальных проблем.

Постиндустриальное общество – коммунальное общество, где основным механизмом распределения благ является социальная программа, а не саморегулирующийся рынок, и высшим арбитром в выборе целей выступает общество, а не отдельный индивид. В постиндустриальном обществе, считает Д. Белл, исчезает класс капиталистов. Его место занимает новая правящая элита, состоящая преимущественно из интеллектуалов с высоким уровнем образования. Собственность, как критерий деления общество на классы, теряет свое значение; решающим фактором становится уровень образования и компетенции. Социальный конфликт из экономической сферы переносится в интеллектальную. На смену конфликта между трудом и капиталом, обусловленного сосредоточение собственности в руках бизнес-элиты, приходит конфликт между знанием и некомпетентностью, а также между технической и гуманитарной ителлигенцией.

Дата добавления: 2014-11-20; просмотров: 215; Нарушение авторских прав

Мы поможем в написании ваших работ!